Разное

Ощущение что тело не мое: Диссоциация

Содержание

Диссоциация

Что такое диссоциативные симптомы?
Диссоциативные симптомы часто встречаются наряду с другими описанными на этом сайте симптомами. Очень важно суметь распознать их у себя и не только понять их природу, но и научиться их контролировать.
Диссоциативные симптомы включают в себя:
1. Деперсонализацию – ощущение, что ваше тело не принадлежит вам и существует отдельно от вас.
2. Дереализация – ощущение, что вы отделены от окружающего вас мира или находитесь вне его.

Ниже представлено описание деперсонализации и дереализации словами пациентов.
Деперсонализация. Очень часто: «у меня появилось странное и непонятное ощущение», «я как будто уплываю куда-то», «как будто у меня нет тела, оно отдельно, где-то далеко от меня», «отдельно от окружающего мира», «как будто я одновременно и там и здесь», «я могу все слышать и видеть, но не могу ответить» Менее распространены: «я как кукла», «как робот», «я как только часть меня», «я не могу чувствовать никакой боли, я словно из бумаги»; «ощущение, что голова просто приставлена к телу»; «я смотрю на себя, как по телевизору»; «внетелесный опыт»; «мои руки или ноги кажутся больше/меньше»; «когда я прикасаюсь к вещам, я не ощущаю их как обычно»
Дереализация. «Всё вокруг кажется нереальным, далеким», «ощущение себя вне окружающего мира»; «как будто ты смотришь на мир сквозь вуаль или очки»; «ощущение, что ты отрезан и далек от непосредственного окружения»; «предметы вокруг кажутся меньше в размере, иной формы, искусственными, неестественными, словно во сне, мультике»

Почему так полезно научиться распознавать диссоциативные симптомы?
Эти ощущения появляются в различных ситуациях. Большинство людей испытывает их в той или иной степени, когда они болеют гриппом с высокой температурой или долго не спят. Понимание того, что такое диссоциативные симптомы, как они называются, и что они не означают того, что вы сходите с ума, может помочь пациентам с функциональными симптомами воспринимать их как часть своего заболевания. Страх и тревога могут усиливать диссоциативные симптомы, поэтому, когда вы знаете, что это такое, эти симптомы могут становиться менее интенсивными. Ощущение того, что что-то существует отдельно от вашего тела, может также объяснить вам, почему в другое время эта часть тела ощущается «отключенной» или слабой, например, как в случае функциональной слабости на одной стороне тела. Вот почему функциональную слабость иногда называют «диссоциативным двигательным расстройством» и почему мы используем термин «диссоциативные приступы».

Ниже представлены ссылки с более подробной информацией о деперсонализации: Википедия – не всегда надежный источник, но эта страница может быть полезна. Исследовательская группа по деперсонализации в Лондоне: http://www.iop.kcl.ac.uk/departments/?locator=911

О СОСТОЯНИЯХ «НЕРЕАЛЬНОСТИ» У ПСИХОНЕВРОТИКОВ («ГРЕЗОВЫХ СОСТОЯНИЯХ»)

М.В. Вульф

В 1909 г. в «Zentralblatt für Nervenheilkunde» Г.Лёвенфельд поместил статью «Ueber traumartige und verwandte Zustände», в которой описал особенные, не отмеченные до того в литературе явления у невротиков. Г.Лёвенфельд характеризует эти состояния следующим образом:

«Внешний мир не производит обычного впечатления, хорошо известное и видимое ежедневно кажется измененным, как бы незнакомым, новым, чуждым, или все окружающее производит впечатление какой-то фантазии, грезы, видения. В последнем случае больным кажется, будто они находятся в полусне или видят какой-нибудь сон либо находятся в состоянии гипноза или сомнамбулизма. Тогда они большей частью и жалуются на «грезовые состояния»». Степень и длительность таких состояний могут быть, по описанию Г.Лёвенфельда, очень различны и часто ссопровождаться чувством страха.

После Г.Лёвенфельда описанию и анализу этих состояний посвятил интересную статью К.Абрахам во II томе «Jahrbuch für psychoanalytische und psychopathologische Forschungen». В дальнейшем мне придется еще неоднократно возвращаться к этой работе К.Абрахама, а здесь могу лишь подтвердить его слова, что эти явления вовсе не редки. Мне часто случалось встречать их среди своих больных. Вот как описывала эти состояния одна моя пациентка, интеллигентная барышня:

«Я – не я. Окружающее становится нереальным и призрачным, собственная личность начинает казаться такою же. Какое-то сознание все-таки как будто бы есть, хотя оно словно где-то далеко стоит и совершенно от оболочки (от тела) оторвано; например, брала руку и казалось, что она не моя, голос, кажется, не мой, начнешь, поэтому говорить, и не кончаешь. Окружающее кажется очень далеким, голоса очень далекими. Иногда бывает страх, иногда страха не бывает. Самое жуткое, когда голос кажется не своим. Впервые это состояние появилось в 11 лет, когда мне показалось, что существует стена между мной и матерью. Кажется, что до первого припадка я сама себя довела, потому что мне не хотелось реагировать на все, что происходит дома, хотелось игнорировать дом».

Еще такое состояние бывает хроническим, когда долгое время, иногда месяцами кажется, что окружающее не совсем реально.

Особенно ярко такие состояния были выражены у одного молодого человека 19 лет, страдавшего фобиями (Angsthysterie

) и кардионеврозом. Он дал им удачное название – «состояние нереальности». Вот как он их описывает:

«В таком состоянии я вижу все как бы сквозь сон: ясно все помню, например, дорогу, улицу, город, деревья, лес, дома, но… субъективного, ясного ощущения собственного восприятия нет. Когда я нахожусь один и ничто постороннее меня не отвлекает, я ухожу далеко-далеко, как бы в себя, в свою фантазию. Все кругом бледнеет, исчезает. Я могу сам нарочно вызывать такие состояния, погружаться в них. Но когда боюсь их, то скорее в них попадаю. Могу всегда, в любое время в них погрузиться. Кажется тогда, что вся прежняя жизнь была, как во сне, не знаешь, была ли это жизнь или сон. Уходишь от жизни – и тоже ничего нет. Как пространство кажется без конца, так и мысль кажется без конца. Возникает вопрос: кто я? Где нахожусь? Кажется, что жизнь только показалась. Хочешь вернуться в реальную жизнь – и не можешь. Получается, что и здесь ничего нет, и жизни нет, все пустота. В таком состоянии находишься, что уже нигде ничего нет. И так, кажется, и останешься целую вечность и ничего нельзя сделать. Тогда наступает страх. После хочешь вернуться к жизни, но уже не можешь, все кажется, как во сне и лишь постепенно все становится яснее, вспоминаешь, что и раньше жил. Сознания не теряешь, но оно не имеет никакого содержания, а чувствуешь только пустоту и страх.

Начались эти состояния лет с девяти – с того, что стал задумываться: что это такое – «Я»? Для чего я существую? На самом ли деле «Я» – это я? Смотрел на одну точку и все казалось странным. Нарочно сразу открывал и закрывал быстро глаза – и видел, что все одно и то же, в одном и том же мире нахожусь. И это состояние было очень приятным. Каждый вечер это делал, днем думал, что будет вечер и буду это делать. Все хотел дальше и дальше продолжать, думая: «Что будет дальше?». Не было опоры, всё как бы уходишь дальше и дальше в бесконечное пространство. Но всегда я удерживался. Но раз не удержался и дал себе волю унестись совсем в бесконечное пространство, забыться совсем. И вдруг сделалось очень страшно: как будто все прекратилось, где-то витаешь и не можешь остановиться, не знаешь, где находишься, в каком миру. Сначала было трудно вызвать такое приятное состояние, а потом легко, так что даже на улице его вызывал. Затем то же случилось со страхами: они стали легко, даже на улице появляться».

Для сравнения приведу описание случая К.Абрахама:

«Находящийся в юношеском возрасте пациент А. склонен к дневным грезам наяву большой яркости. Как он указывает, к таким грезам его побуждают конкретные реальные события. Например, известие об открытии северного полюса дало ему повод для фантазии, что он принимает участие в большой экспедиции. Он представлял ее себе во всех деталях, особенно в отношении его собственной деятельности. Подобная фантазия уже в течение долгого времени захватывает его всего. Стоило ему на улице уловить из разговора прохожих слово, напоминающее «цеппелин», как его воображение начинало чрезвычайно живо работать. Когда эти грезы достигали большой интенсивности, пациент чувствовал себя все более оторванным от реальности. Им овладевало помрачение, он грезил. Затем на короткое время наступала «пустота» в голове, за которой быстро следовало «головокружение, связанное со страхом и сердцебиением. Состояние до момента головокружения сопровождалось, по словам пациента, чувством наслаждения».

Я привел подробно описание случая К.Абрахама, чтобы подчеркнуть сходство состояния во время припадка, даже в деталях, у обоих больных.

Это указывает на то, что в этих припадочных «грезовых состояниях» (Traumzustände) или «состояниях нереальности», как называл их мой больной, имеется определенная последовательность и закономерность развития, течения и чередования деталей, как, например, в типичном эпилептическом приступе. К.Абрахам, подчеркивал эту закономерность, описывая «грезовые состояния» следующим образом: типичным вступлением к припадку служит состояние грезовой экзальтации (Phanstastisch exaltation), содержание которой имеет чисто индивидуальный хapaктеp. Зaтeм следует состояние грезовой оторванности (Entrückung). В этом состоянии больным хорошо знакомая окружающая действительность кажется, как это удачно описывает Г.Лёвенфельд, нереальной, чуждой, изменившейся. Они сами чувствуют себя, как во сне. Обозначение «грезовое состояние» (Тraumzuständ), кoтopoe часто употребляют больные независимо друг от друга, обусловлено фантазированием в первой стадии и изменением сознания во второй. Далее я различаю еще третью стадию пустоты в сознании. Она характеризуется отмеченной пациентами «остановкой мыслей» (называемой также «пустотой в голове» или чем-то в этом роде).

Финал образует депрессивное состояние, самый важный признак которого составляет аффект страха с обычно сопровождающими его явлениями (головокружение, сердцебиение и т. д.). Большинство больных описывают кроме того фантазии депрессивного характера. Разграничение обоих стадий не абсолютно, напротив, легко заметить постепенные переходы из одной в другую.

Однако, такое описание припадков и грезовых состояний при всей его важности, интересе и практической целесообразности не дает ответа на вопрос об их сущности и причинах происхождения. Посредством расспросов больных, говорит К.Абрахам, мы можем почерпнуть кое-какие сведения относительно представлений и чувств в грезовом состоянии, а также вызывающего их повода и колебаний состояния сознания. Если таким способом исследовать ряд случаев, то нам пожалуй удастся познакомиться с индивидуальным многообразием указанных отношений. Мы, вероятно, смогли бы подтвердить результаты наблюдений Г.Лёвенфельда относительно различия в интенсивности и длительности этих состояний.

Но этим мы уж достигли границ того, что можем узнать, поскольку ограничиваемся как единственным источником знания тем, что доступно сознанию пациента. Непонятной остается причина наступления грезовых состояний. В общем, невротик удовлетворяется грезами в состоянии бодрствования. Неясно, почему иногда эти грезы усиливаются до острых припадочных состояний, связанных с легким изменением сознания.

Неясным остается сущность этой оторванности (Entrückung), особенно присутствующее в ней чувство отчужденности, нереальности. Совершенно непонятной остается вpeмeнная пустота сознания и наконец, появление страха и сопровождающих его явлений.

Для полного изучения и понимания этих припадков грезовых состояний во всех их проявлениях и деталях недостаточно, очевидно, ограничиться изучением рассказов больных о том, что они сознательно переживают. Недостаточно только исследовать эти явления лишь из-за того, что они отражаются в сознании, а необходимо более глубокое проникновение в бессознательную душевную жизнь больных. Такое проникновение делается возможным при помощи метода, называемого психоанализом.

Начну с казуистического материала из более или менее обширных психоаналитических данных описываемого и других следующих случаев, ограниваясь по мере возможности лишь тем, что касается «состояний нереальности» («грезовых состояний»).

Как уж указано, эти «состояния нереальности» явились у вышеописанного больного дальнейшим развитием особых приятных состояний, во время которых он погружался в свои мечты, грезы, фантазии. Такая наклонность к фантазированию, грезам была у больного сильно развита с самого раннего детства. Грезить было его любимым занятием с первых же дней сознательной жизни, и память сохранила ему воспоминания об этом. 3начительная и субъективно более ценная, может быть, часть его детства протекала в грезах. Содержание этих фантазий главным образом – «идеи величия». То он мечтал о каком-то сверхъестественном коне, на котором всех обгоняет, то о чудесном автомобиле-невидимке, уносящим его на Луну или Марс. В грезах он – объект всеобщего преклонения, восхищения и любви, покоряет всех и властвует над всеми и т.п. Такими фантазиями он компенсирует себя за действительность, в которой ему приходится переносить частые при его большой чувствительности обиды и оскорбления от старших, родных, товарищей и особенно от столкновений с главным соперником в семье – младшим братом.

Выше я уже привел описание больного и то, как эти грезы, сначала очень приятные, будучи усердно культивируемыми им при ясном сознании с нарочитой целью – получения известного удовольствия, постепенно усиливаясь и углубляясь, привели к состоянию нереальности и страху, закончившись вышеописанными припадками.

Далее, важно отметить, что, по словам больного, он чувствует связь между онанизмом, которому предавался в детстве, и этими приятными состояниями, и что он иногда вместе с онанизмом их намеренно вызывал. Начало онанизма и появление этих состояний приблизительно совпадают по времени. Но вскоре у него началась и борьба с онанизмом, сопровождавшаяся нравственными мучениями, явлениями навязчивости, особенно в виде навязчивых вопросов, болезненных сомнений, страхов. И тогда же приблизительно впервые появились и связанные со страхом «состояния нереальности». Быть может, говорит больной, они и создались благодаря онанизму.

«Помню, – добавляет он, – что вместо онанизма я занимался тем, что старался довести себя до такого приятного грезового состояния. И в то же время думал про себя: кто это я такой, зачем я здесь лежу? и т.д. Это было приятно, старался долго-долго думать, чтоб стало приятно и жутко. Но не додумывал до конца. А однажды додумался до конца – и сделалось страшно».

Из этих слов ясна не только связь таких состояний с онанизмом, но и то, что больной старался онанистический акт заменить состоянием грез, при котором приятное грезовое состояние стало для него эквивалентом запретного онанистического акта, – об этом обстоятельстве ниже еще будет идти речь.

Что касается тех мыслей, образов, представлений, которые составляют, так сказать, содержание этих «состояний нереальности», то больной описывает их так:

«Начались эти состояния у меня зимой, когда я был в первом классе, но они повторялись редко, всего раза 2-3 были за ту зиму. Потом будто прошли и летом, кажется, я чувствовал себя почти совершенно здоровым. Но следующей зимой они начались с новой силой и бывали почти каждый день – и все казалось тогда нереальным, страшным, будто жил я в кошмарном сне. .. Я помню, что думал тогда: это вовсе неправда, что я живу, неправда, что это – мои родители или что живу только я один, а остальные люди кругом не по-настоящему живые, что они мне только кажутся живыми, что родителей моих нет, что мне только кажется, что это мои родители. Казалось, что все кругом – только сон, что все меня обманывают, что, может быть, что-то от меня скрывают, что-то ужасное, чтобы легче было жить, что если бы их не было, было бы ужасно жить. Если бы мне не казалось, что они есть, то я был бы один, и жизнь была бы ужасна. И я боялся, чтобы как-нибудь не раскрылось, что я – не сын моих родителей.

Кто я такой, думал я? Почему я существую? Помню, раз уехала сестра Надя, а когда она вернулась, мне странно было, что эта «чужая» девочка – моя сестра и что зовут ее Надей. То же самое было и с нашей девушкой-гувернанткой и с мамой, когда они уезжали и возвращались. Потом перешел и на себя: как я не понимал сестру, так не понимал и себя, будто никогда я в этой семье не был, теперь только явился – и это тоже перешло в страх. .. Все казалось, что со мной каждый момент может сделаться что-то особенное: вот я умер, но от меня это скрывают, в миру я совершенно один. Кругом меня не люди, а только притворятся все, что люди; им трудно со мной говорить, трудно сдерживаться от хохота, что обманывают меня. Вдруг брат расхохочется и выдаст «тайну»: и тогда все расхохочутся и во всем доме будет хохот. Что же я буду делать? «Тайна» это – неправда, что я жив. Что-то они от меня скрывают. А когда откроют тайну, я не буду здесь жить, не буду знать, куда примоститься. Кругом мир – а я один; все другие – не люди, а только притворяются людьми, чтобы облегчить мне, или мне назло… Еще лет с 7-8 стал задумываться над «всеми вопросами»: есть ли Бог? Почему говорят, что есть? Что значит «я»? Почему жизнь? Могу ли я перейти в другое тело? Где я нахожусь, а где меня нет? Может быть, ничего не происходит? Почему я в этом теле? Брошу его и перейду в другое. И казалось, что удаляюсь из своего тела, уже совсем покинул его. Казалось, что пойду по комнате и увижу свое тело в кровати, если бы дальше развивал болезнь».

В связи с этими своими состояниями больной вспоминает повторившийся в детстве кошмарный сон: «Будто светопреставление. Низко на небе стоит кроваво-красное громадное солнце и от него идет странный, кошмарный свет. Все друг друга не узнают, у меня чувство, что я совершенно один. Никто тебе ни мать, ни брат и не знаешь, куда деваться. Против наших окон завод весь красный и труба красная, а труба качается, а из нее турок глядит, правый глаз у него закрыт, левый широко открыт и язык высунут. Слышится глухой гул, подземные удары. Просыпаюсь в страхе».

С самого раннего детства больной томился чувством одиночества и обиды, неудовлетворенностью требовательного детского чувства любви к матери, к бонне-воспитательнице, мучился ревностью, соперничая с младшим братом. И как реакция на эти обиды и чувство неудовлетворенности у больного росли враждебные чувства ко всему окружающему, проснулись яркие садистические импульсы, желание смерти и уничтожения всего и всех.

«B раннем детстве, – говорит больной, – я, кажется, любил мать. Но позже помню только, что всегда боялся, чтобы с ней что-нибудь не случилось, – тогда мне плохо будет, у меня будет сердцебиение. Бывали у меня мысли, что если бы мама умерла и была бы у меня другая мать, я бы ее больше любил. Думал, что если она ко мне приедет сюда, я буду с ней холоден, оскорблю ее и т.п. Всегда в детстве сердился на больших, всегда мне казалось, что меня не любят, что я особенный и должен переносить многое, потому, что много грешил. Я не очень люблю родных, на сестер набрасывался и бил их палками. Мне казалось, что ко мне плохо относятся, не любят меня, потому, что я не родной сын, а приемыш. Я даже хотел бежать из дому и не вернуться, думал, что убегу и не буду больше сыном своих родителей, хотел быть совершенно свободным и думал, как буду жить, когда вдруг отец и мать умрут… В этом (родном) доме я прожил детство в вечном страхе, никогда не было у меня радости, все не нравилось, не находил удовлетворения, никто на меня не обращал внимания. Всегда там тоска, все одно и то же, никаких перемен. Такое чувство охватывает меня, как только я вхожу в дом. Когда я сходил дома с лестницы, мне казалось, что это не моя семья, что я никогда здесь больше не буду, оторвусь от них, буду жить один в этой семье или в другой. Казалось: вот это моя сестра, мои брат, мать – а на другой день может сделаться так, что будут у меня другие сестры, другая мать, другой брат. И может быть, мне только кажется, что я был вчера в этой семье. А мне действительно иногда хотелось, чтобы у меня были другие сестры, другой брат, другая мать, чтобы был не этот дом, а другой».

Особенно у него были сильны, как видно из анализа сновидений, враждебные чувства к отцу и брату. Даже положительные чувства, привязанность, любовь имеют у него садистическую окраску: «Если я кого-нибудь люблю, мне кто-нибудь нравится, то я бываю, груб, зол, делаю назло, хочу мучить, обидеть».

Еще ярче его садистические импульсы проявляются в некоторых фантазиях, желаниях: «В детстве я видел раз в синематографе картину – «Дьявол на паровозе», там дьявол бросает машиниста в топку, развивает большую скорость, и паровоз вместе с поездом сходят с рельс и летят в пропасть. И я сам хотел это сделать, потом хотел со всего разгона влететь в вокзал, чтобы паровоз разлетелся вдребезги. Я хотел видеть крушение поездов, думал, что поезд разобьется, и это будет очень интересно смотреть, а я успею выскочить. Позже я стал думать, что могу пострадать, и стал бояться ездить по железной дopoгe. Я мечтал о том, чтобы тайно отвести стрелку и сбросить поезд в пропасть. Когда я читал в книге, как пытают человека, то думал: вот плохо пытают, не умеют, я бы не так пытал. Еще у меня бывали такие фантазии: попасть в страну, из которой очень хочется убежать, я бы сделал крушение, взорвал бы всю страну – и убежал. Всегда мне хотелось делать то, что запретно, что нельзя. Хотелось мне также, чтобы был у нас пожар, что было бы интересно поджечь наш дом, если бы можно было».

С другой стороны, чувство обиды и мысль, что младший брат пользуется предпочтением и большей любовью родных, зародили у больного типичную мысль о «тайне» своего рождения, о том, что он не родной сын своих родителей, а жалкий приемыш, «чужой» и что они ему «чужие», «не настоящие», что его из жалости обманывают, скрывают от него правду о его происхождении

. Его не любят, потому что он, должно быть, не стоит любви, потому что действительно хуже других, некрасив, уродлив, смешон и что такого, как он, и любить нельзя.

И у него нарождается сильное желание измениться, быть не таким, каков он есть, а более красивым, умным. «С раннего детства, – говорит больной, – я желал, чтобы я был не я, а другой. Мне все хотелось уметь, все делать лучше всех, пользоваться всеобщей любовью и уважение, хотелось быть красивым, играть лучше всех в теннис. Иногда я мечтал, чтобы весь свет умер и чтобы я остался один. Тогда все будет мое, я все буду иметь. А потом появятся первобытные люди, а я все буду уметь и знать». И в упомянутых выше фантазиях «величия» он с лихвой вознаграждал себя. Страстное желание быть не таким, не тем, кем он был в действительности, доходило до бессознательных фантазий о собственной смерти и самоуничтожении, что нашло выражение в невротическом симптоме «состояний нереальности», сопровождавшемся мыслями «я – не я», «тело не мое» и т. п.

Символическое удовлетворение, подобно желанию изменить, уничтожить окружающую действительность, достигалось таким же символическим образом в тех же «состояниях нереальности». И до настоящего времени они ярче всего проявляются в гнетущей, тяжелой для него обстановке, когда обстоятельства окружающей реальности будят отрицательные, враждебные к ней чувства. Так действовала иногда даже чисто внешняя обстановка, например, деревенского дома, с небольшими узкими низкими комнатами и скудным светом керосиновых ламп. Эта обстановка напоминает больному деревню бабушки, где он гостил и где у него несколько недель были такие «состояния нереальности», сильные страхи, тоска, скверное самочувствие и резкое ухудшение болезни. С тем пребыванием в деревне связаны также плохое отношение к нему бабушки и окружающих, насмешки сверстников, чувство одиночества и т.п.

На уроках в школе у него также являлись подобные состояния, особенно если казалось, что учитель к нему плохо относиться. Общество чужих, гости, молодежная среда, где он чувствовал себя особенно униженным, находящимся на заднем плане, более слабым, неловким, больным, некрасивым, где всегда терялся, отставал от других и т. п. – все это способствовало наступлению припадков

. Часто даже когда ему только предстояло отправиться в гости, театр и т.п., он до того боялся наступления таких состояний, что не решался уходить из дома.

Другим моментом, благоприятствовавшим наступлению «состояний нереальности», было присутствие нравившейся ему женщины, особенно – как это почти всегда бывало – когда ему казалось, что она на него обращает меньше внимания, чем на других, отдавая им предпочтение. То же было и когда он, чтобы окончательно отказаться от онанизма, решил перейти к нормальному коитусу; все, что имело хотя бы отдаленнейшее отношение к этому решению, способствовало приближению «состояний нереальности».

Воздерживаясь пока от каких бы то ни было выводов, я перехожу к изложению следующего случая. Немолодая девушка страдает тяжелыми навязчивыми состояниями и фобиями, мучающими ее на каждом шагу, чуть ли не по всякому поводу обыденной жизни и лишающими ее возможности выходить на улицу, быть на людях и т. д. Среди многочисленных симптомов ее очень тяжелой болезни не последнее место занимают «состояния нереальности». Вот что больная рассказывает об их возникновении:

«»Чувство нереальности» всего окружающего появилось у меня лет десять тому назад, когда я вернулась в деревню из-за границы, где разыгрался мой несчастный роман со скрипачом N. Я тогда очень скучала, тосковала и долго не получала от него писем. Когда получила письмо, это чувство («нереальности») на несколько дней прошло, но потом опять наступало – до следующего письма. Так чередовалось все лето. Впервые это чувство появилось тогда при следующих обстоятельствах: я лежала в комнате и фантазировала о коитусе с N, при этом прибегла к онанизму. Чувство, что все это не реальность, а лишь фантазия, действовало на меня ужасно, хотела превратить эту фантазию в действительность, оторваться от реальности и всецело унестись в свою фантазию. Меня так мучило тогда одиночество, не удовлетворяло окружающее, волновало отсутствие известий. Мне это удалось: я потеряла чувство действительности, и оно сменилось чувством «нереальности» и страхом. Потом онанистические акты стали часто сменяться чувством нереальности».

Свои ощущения и переживания при таких состояниях больная описывает следующим образом:

«Летом здесь часто находила на меня легкая дремота, когда я лежала в саду после обеда, хотя не спала и все слышала. Мысль путалась. Потом, понемногу прихожу я в бодрствование, силюсь понять, схватить все кругом – и не могу, не могу выйти из этого состояния как бы сна. Смотрю на небо, деревья, людей, хочу все это «понять» (осознать) – ничего не понимаю. Кажется мне, что я погибаю на месте, хочу бежать, но не могу. Кажется, что не смогу добраться до своей комнаты, что-то мешает, какое-то препятствие. Кажется, что вот я оторвусь от земли и полечу вверх или провалюсь вниз. Кажется мне, что кушетка, на которой я лежу, двигается подо мной. Является ощущение, что я одна, не могу достичь никого из людей, ничего общего с окружающими не имею. Буду говорить, но они ничего не поймут – и так я погибну. Меня охватывает страх, и я больше уж ничего не вижу, не слышу – пустота!».

Относительно условий и обстоятельств, вызывающих такие припадки нереальности, больная говорит:

«Состояния нереальности наступают иногда внезапно, а иногда какая-нибудь мысль наводит на них. Раз, например, на улице подумала о силе и власти полового чувства (больная очень эротична – Прим.авт.) – и мне стало страшно. И вдруг все показалось мне странным – и люди, и улица. Откуда все это взялось, как появилось? Будто ничего общего со мной все это не имеет, будто все думают и чувствуют не так, как я, а иначе. Я одна и мне страшно одной, мне мучительно, что я ничего не могу понять и никогда не смогу. Я делаю усилие, чтобы понять (ясно осознать), и не могу… И тогда мне хочется не видеть этой толпы, спрятаться поскорее в комнату и закрыть глаза».

А вот другой эпизод:

«В пятницу вечером (на Страстной неделе) собиралась пойти в церковь на службу, и вдруг сделалось очень тяжелое состояние нереальности, какого уже давно не было. В три часа была тоже служба, но я думала, что не смогу подойти к плащанице, не смогу видеть обнаженный образ Христа, боялась и гроба, который: понесут, боялась, что усилятся эротические богохульные мысли

. А в тоже время в церковь тянуло, хотелось воскресить прежние религиозные чувства к Богу. Тогда мною овладело чувство какой-то душевной пустоты: будто все похоронила и Бога похоронила. Сама в оболочке какой-то, от всех отделена, кругом темнота и ничего я не хочу. Думала пойти исповедаться или не пойти? Хотела чувств к Богу, как у всех людей, как к святому существу, у которого нет плотских желаний и мыслей, и боролась против богохульно-эротических представлений. Раз не могла думать так, как хочу, то старалась совсем ничего не думать и не чувствовать, уйти от всего. Тогда наступила пустота в голове, потом чувство нереальности и страх».

Больная легко влюблялась и часто испытывала разочарования на этой почве. Оно всегда сопровождалось ухудшением общего самочувствия, усилением и учащением припадков «нереальности». После разрыва одного такого любовного увлечения она рассказывала:

«В последние дни «состояния нереальности» стали сильнее. Они всегда усиливаются, когда мои эротические чувства и фантазии блекнут. Усилилось чувство одиночества, не о ком думать, мечтать, никому я не нужна, точно в пространстве ношусь, все не интересно, бессодержательно. Сильная тоска, переходящая в страх. Смотришь на небо, на деревья – все это красиво, но холодно, бессмысленно, все это не нужно мне – ни природа, ни люди. И вот тогда является состояние, будто я во сне, оно нарастает, усиливается и переходит в «состояние нереальности». При этом чувство одиночества, ото всех как бы отделена, люди, все окружающее со мной ничего общего не имеют».

В тот период больная особенно жаловалась на усиление «состояний нереальности» в обществе, за общим столом и т.п.: «Состояния нереальности и страх особенно сильны у меня за столом – вдруг все кругом будто исчезает, все люди начинают путаться, сливаться в один хаос, все становится странным, чуждым, никто меня не любит. Хочется бежать куда-нибудь, чтоб найти кого-нибудь, кто хорошо ко мне отнесется, полюбит». Отношения больной к окружающим было явно враждебное, озлобленное.

Слова больной в данном случае настолько ясны, определенны и ярки, что мне кажется лишним приводить еще дальнейшие данные из огромного психоаналитического материала истории ее болезни. Недостаточно оттенены ею садистические импульсы, находившие выражение в обильных фантазиях. Подчеркну еще только ярко выраженную связь этих «состояний нереальности» с онанизмом, чувствами одиночества и неудовлетворенности окружающей действительностью, враждебным отношением к ней.

Более сложен следующий случай молодого человека 26 лет, страдающего истерией, навязчивыми состояниями и фобиями. И у этого больного в картине болезни не последнее место занимал симптом, который он называл «все сон». Он болен лет с двенадцати, и с самого начала вся его болезнь сосредоточилась на двух симптомах: один, который он определял словами «все сон», а другой – «болезнь сердца», точнее, страх, что у него больное сердце и с ним может случиться что-нибудь ужасное, опасное. И симптом «все сон», который сопровождался чувством страха и опасением, боязнью сойти с ума. Вот как больной описывает это состояние:

«Не знаю, где я, все окружающее, как сон, все странно, отрывки мыслей, воспоминаний, которыми я не владею. Боязнь, что сумятица в голове, в сознании – предвестник надвигающегося полного сумасшествия, кажется, что навсегда так останусь. Сильный страх и ощущение пустоты в сознании».

Относительно происхождения этого симптома у больного почему-то сложилось представление – почему, он и сам не знал, – что он явился следствием какого-то неприятного переживания, которое поразило, удивило, даже ужаснуло больного. С появлением этого симптома у него далее связывается и в течение долгого времени навязчиво повторяется следующая очень яркая картина (он oпиcывaeт ее во время сеанса, лежа, с закрытыми глазами).

«Сижу у себя за столом в детской и делаю уроки. Тоска, не хочется их делать, невообразимая тоска (больной приходит в возбуждение, говорит с усилием, стонет). Репетитор рядом – один, другой. Мне тяжело… Сижу за столом, огонь горит, книги, тетради… Тоска, тоска… Ой, как страшно, невообразимо страшно. В комнате полутемно, лампа с абажуром на столе. Моя кровать с подушкой, полотенце висит на стене. Этого полотенца я боялся, потому что боялся повеситься на нем… Позже писал на стене стихи… Конец печальный, будто я умираю от чахотки.

А думал я, что умру не от чахотки, а от сухотки спинного мозга, как следствие онанизма. Боялся, что у меня сухотка спинного мозга. До сих пор не могу сознать, что у меня был онанизм и страх заболеть сухоткой спинного мозга. (Больной вначале совершенно искренне утверждал, что никогда не онанировал). Был навязчивый страх перед самоубийством… Вспоминаю слова двоюродного брата, что когда он делал уроки, бывала тошнота, а я с ней связывал страшную тоску, которая у меня была; когда у меня бывала тоска, я не мог есть, было отвращение к пище, было близко к тошноте. Потом брат говорил об эрекции во время волнений на уроке. .. Сижу за столом… Страшно. Тогда сидя за столом, я онанировал, и тогда стало вдруг «все сон»».

Далее больной еще припоминает, что впервые явление «все сон» появилось у него еще раньше, ночью, когда он лежал в постели, большей частью на животе и делал попытки онанировать, представляя себе любимую девушку, делал при этом движении коитуса и потом обрывал их из страха перед оргазмом. Так как он не доводил себя до оргазма и эякуляции, то и считал, что не онанирует. Оргазма он больше всего боялся, боялся эякуляций и поллюций. Все эти ощущения были в то время связаны у него с половым влечением к сестре, которое было в то время очень сильным. Уже одно ее присутствие в комнате возбуждало до того, что ему стоило усилий скрыть от присутствующих возбуждение. Часто тогда он хватал сестру в коридоре, когда никто из родных не видел, и прижимался изо всех сил своим телом и пенисом к ней. Потом ужасно мучился угрызениями совести и страдал из-за этого. Тогда он и стал бороться против оргазма и эякуляций.

Но тогда же, во время сна участились поллюции в связи с эротическими сновидениями, где фигурировала сестра. Страх перешел и на поллюции, и он стал стараться просыпаться заблаговременно, чтоб их предупредить. Сначала это не удавалось, но потом он довел себя до того, что почти всегда вовремя просыпался и не допускал наступления оргазма. Таким путем он довел себя до того, что уже в течение нескольких лет не испытывал ощущение оргазма ни при эякуляции, ни во время коитуса. В своей тоске, сердцебиении и страхе в 13-14 лет больной сам видит теперь защитные «средства против онанирования». А для усиления этих средств он еще говорил себе, что «все сон», т.е. «нет ни дедушки, ни матери, ни сестры, ни всех тех, кого люблю». И он нарочно вызывал в себе эти чувства в связи с состоянием «все сон», чтобы «предохраниться от онанизма».

В дальнейшем развитии болезни этот симптом все чаще повторялся, усиливался, и вместе с тем учащались поводы, обуславливавшие его появление. Формально он заболел, т. е. почувствовал себя больным и стал обращаться к врачебной помощи в семнадцатилетнем возрасте после случившегося с ним однажды во время мочеиспускания припадка «все сон». Особенно часты припадки «все сон» у больного в присутствии молодых женщин: «Тогда мне ужасно трудно делается сидеть – вид мой, как мне кажется, какой-то безумный, глаза блуждают, дергаюсь весь, появляется ощущение пустоты в сознании и «все сон»». Когда месяцев семь тому назад больной влюбился в одну барышню, то страхи и состояния «все сон» до того усилились, что вынудили его оставить то место и город, где эта барышня жила.

Но кроме того припадки «все сон» бывали и в обществе, на людях и иногда на улице, в трамвае, особенно, когда больному казалось, что на него смотрят. Из страха перед этими припадками он почти изолировал себя от жизни.

Психическая импотенция сделала половую жизнь для него совершенно невозможной. Несколько лет тому назад у него в течение нескольких месяцев была связь с одной женщиной, связь, в которой он играл чисто пассивную роль, лишь позволяя себя любить. Вначале ему еще удалось совершить несколько раз более или менее удачный коитус, а в дальнейшем импотенция все усиливалась и попытки кончались ejaculatio ante portam

без достаточной эрекции. Такая же картина осталась и в дальнейшем при повторяющихся время от времени попытках интимной близости с другими женщинами. Но вместе с тем фантазии о женщинах, влюбленность в тех из них, с которыми он даже не старался познакомиться, играли очень большую роль в его душевной жизни. Избегая в реальной жизни всяких конкретных проявлений сексуальной жизни, боясь их в действительности вплоть до неспособности оставаться в течение хотя бы короткого времени в обществе молодой, нравящейся ему женщины, не испытывая при этом страха, усиления симптомов и т.п. И с тем бóльшим увлечением он предавался при этом эротическим грезам, мечтам о недостижимом идеале возлюбленной, «личном счастье» и т.п. Типичная картина невротического либидо, «вытесненного», подавленного, лишенного возможности конкретного удовлетворения и усиленно изживаемого в сознательных грезах и бессознательных фантазиях.

Гомосексуальная психическая констелляция его носила явный характер «амбивалентности» (по Э.Блейлеру). Он относился к некоторым молодым людям определенного типа – своим весьма немногочисленным приятелям – с чувством привязанности и дружбы, с оттенком даже чувственной влюбленности. Но при этом иногда проявлял с первой же встречи почти ко всем другим мужчинам враждебность, раздражительную, никакими фактическими отношениями не оправдываемую озлобленность, побуждаемый к тому бессознательными мыслями и фантазиями о соперничестве, ревности, желании превосходства. Но чаще он терялся в мужском обществе, испытывал страх, неуверенность и пассивную, чисто внешнюю уступчивость, скрывая и иногда даже ясно не сознавая свои враждебные чувства и отношения.

В общем, получается картина оторванности, отрезанности от реальной жизни, даже враждебности и страха перед ней, душевного одиночества, уединенной мечтательности и большой склонности к грезам.

«У меня, – говорит больной, – как бы нет ощущения собственного тела, я теряюсь в пространстве, ничто не привязывает меня к жизни, к земле, я лечу, как во сне – и все для меня сон, нереальность и страх». Интересно еще прибавить, что больной склонен видеть причину этого состояния в том, что он «лишен чувства удовольствия при трении пениса, лишен чувства оргазма и удовлетворения в реальности и может его испытать только при поллюциях во сне» (см. выше: эротические сны с сестрой).

Хочу упомянуть, что я кроме этого случая наблюдал подобные состояния «нереальности», хотя и не очень большой интенсивности, но непрерывные, хронические, длящиеся неделями и месяцами. От их подобного описания я, к сожалению, вынужден пока отказаться.

Далее я привожу отрывок из весьма обширной истории болезни пациентки, страдающей тяжелой истерией. Исключительный интерес этого случая состоит в том, что больная страдала истерическими припадками, во время которых в сомнамбулическом состоянии переживала и делилась воспоминаниями из событий своей жизни, переживания и фантазии, эпизоды из собственной болезни. Однажды она в таком припадке рассказала о каких-то переживаниях, сходных по ее описанию с «состояниями нереальности», хотя я лично у нее их не замечал.

«Бывало, – говорила она, – нарочно такие состояния вызываю длительные, нарочно повторяю одни и те же слова, пока они не потеряют всякий смысл, потом другие, потом все делается бессмысленно, пустынно, слова – оболочка без всякого содержания… Я в детстве такие состояния вызывала нарочно – знаете когда? Когда бывало, чувствуешь свою вину и не хочешь сознаться. Для того, чтобы этого сознания не было, «уезжала» совсем. Бывало, начинала повторять слова: ну и буду, ну и буду, – так долго, что потом это уж для меня не слова, а звуки. А потом все дальше и дальше, пока все, что ни говорят – одни звуки. Слышишь сначала свою речь только как звуки, а потом и речь других – только как звуки. Потом это же и с глазами делала: натирала их, пока красные круги появлялись, потом дальше куда-то уносишься, потом улетишь куда-то в пропасть. А потом откроешь глаза – и все чудно!

Сейчас опять так, как тогда, когда я била себя по голове, чтобы обалдеть, чтобы все было не по-настоящему, как когда-то. Чтобы, например, были люди-куклы, когда они меня ругали, мне это было неприятно, и я думала, что это вовсе не по-настоящему они меня ругают и что это не настоящие люди, а люди-куклы. И теперь опять так. Но от чего я теперь убегаю? И еще знаете, когда так бывало, все будто не по-настоящему? Когда гадости делала, сама гадости делала (так больная называет мастурбацию). Это чудная минутка, так странно бывает тогда. Вот делаешь гадость и вдруг наступает минутка чудная – телу приятно, а голова отрывается, будто и улетает, и все делается как-то чудно, мутно в голове, черные точки плывут, плывут, в голове как будто мурашки, куда-то летишь в пропасть, от жизни улетаешь, все видишь и ничего не видишь, все равно – что открыты глаза, что закрыты. И кажется: еще минуточка – и будет припадок, но я никогда не допускала этой минуточки, я всегда обрывала…

Другой раз, когда гадость делала сама: вот все смутится, все не по-настоящему. Еще минуточку так, еще минуточку – и все полетит в пропасть. Только я никогда этой минуточки не переходила, потому что боялась, что тогда уже нельзя будет вернуться к настоящему. Это чудно, потому что тогда только одно тело наслаждается и чувствует. А то еще без гадости одно только такое состояние делала, глаза закрывала и терла их. Тру, тру глаза, поедут миллиарды точек разных, дороги разные черные и красные, зеленые; а потом открою глаза – и все кажется не по-настоящему. И тоже так тру, тру глаза и кажется, что вот так и останусь и так все и останется и страшно делается и кажется: еще минуточку потру и полечу в бездну. Потом трудно вернуться к жизни, все кажется, что люди не настоящие, вот вижу маму, папу и как-то не понимаю, что это мама, пала. Помнится, что я часто так делала, когда мне не хотелось по-настоящему…».

Во всех приведенных случаях отмечается связь этих состояний нереальности с мастурбацией. На связь эту указывает и К.Абрахам и придает ей большое значение, объясняя происходящее следующим образом: «З.Фрейд доказал, что значение некоторых эпизодических явлений истерии состоит в том, что они дают известное удовлетворение (Ersatzbefriedigung

) взамен прекращенной мастурбации». В дальнейшем мы еще остановим наше внимание на этом мнении. Таким заменяющим удовлетворением (Ersatzbefriedigung) в указанной смысле слова является также и грезовое состояние… Пациент К.Абрахама привык с ранней юности предаваться грезам наяву, и когда работа его фантазии доходила до высшего напряжения и живости, он давал выход накопившейся энергии в мастурбации. Когда он стал отучать себя от этого, явилась необходимость дать грезам в состоянии бодрствования какое-либо другое заключение; с тех пор они образовали вступление к грезовому состоянию, как ранее к акту мастурбации.

Вторая и третья стадия «оторванности» (Entrückung) и пустоты сознания соответствуют нарастанию полового возбуждение и его кульминационному пункту в момент эякуляции. Конечная стадия со страхами и слабостью перенята без изменений из мастурбационного процесса; эти симптомы мы ведь постоянно встречаем у невротиков, как неизбежное следствие мастурбации.

Этот взгляд нуждается в отношении второй и третьей стадии еще в дальнейшем обосновании. Состояние, сходное с «оторванностью» (Entrückung) в грезовом состоянии, имеет место и в мастурбационном акте. Нарастающее половое возбуждение закрывает доступ внешним впечатлениям. Этот процесс имеет место и в грезовом состоянии, но переносится в психическую область. Пациент испытывает полное «обращение вовнутрь» (своего внимания, сознания). Благодаря такой аутоэротической замкнутости по отношению к внешнему миру, у него является чувство изолированности. Для него обрывается общность с людьми, он уносится в своих мечтах в другой мир, соответствующий его вытесненным желаниям. Сила их так велика, что когда им удастся прорваться из бессознательного, то фантастическое исполнение кажется действительностью, а действительность – пустяковым сновидением. Все окружающее, даже собственное тело, кажется пациенту чужим и недействительным…

Свойственное третьей стадии отсутствие мыслей, пустота в сознании соответствует более или менее значительной потере сознания, которая наступает на высоте всякого полового возбуждения – особенно сильно это выражено у невротиков. Одновременно появляется чувство сильного головокружения или сходное с ним и трудно описываемое ощущение. Haш пациент вполне определенно указывает, что такое же чувство наступает у него при мастурбации в момент эякуляции. Короткая, соответствующая выделению половых продуктов пауза сознания имеет место также и в истерическом припадке.

Ничего поэтому нет удивительного, что грезовое состояние, до стадии потери сознания, связано с ощущением наслаждения. Этим оно вскрывает свое происхождение от мастурбации, которая до соответствующей стадиидает ощущение наслаждения, но затем влечет за собой у невротика самые острые неприятные чувства.

Несомненно однако, что приведенными рассуждениями К.Абрахама не исчерпывается сущность этих грезовых состояний. Он и сам признает, что «если видеть в грезовом состоянии удовлетворение (Ersatzbefriedigung) взамен оставленной формы половой активности, то мы все же еще далеки от полного понимания его свойств».

Небольшая экскурсия в область психиатрии в состоянии помочь найти путь к пополнению понимания интересующих нас состояний «нереальности». Весьма важно отметить – что, между прочим, делает и К.Абрахам, – что подобные же или весьма сходные явления встречаются и при Dementia praecox (шизофрении). Больные жалуются, что все кругом переменилось, не настоящее, сделано как будто нарочно, недействительное, что всё и все «представляются, как в театре» и т.п.

И как раз этому симптому новейшие исследования этой болезни уделяют особое внимание – особенноцюрихская школа Э.Блейлера. В этом симптоме «нереальности действительности всего окружающего», в связи часто с мыслями о погибели всего мира действительного, исчезновении его (см. страх «свето-конца» у моего первого больного) видят вытеснение больным всей реальности и его уход больного от нее в мир аутохтонных комплексов. «Один из важнейших симптомов шизофрении

, – говорит Э.Блейлер, – состоит в преобладании внутренней душевной жизни в связи с активным отвращением от внешнего мира. Тяжелые больные уходят совсем в себя и живут в мире грез; в более легких случаях мы находим более легкую степень того же явления. Этот симптом я назвал “аутизмом”».

Относительно сущности этого явления интересно следующее примечание Э.Блейлера к указанной цитате: «В довольно большой степени аутизм совпадает с понятием К.Г.Юнга “интроверсия”, что означает обращение внутрь либидо, которое нормально должно искать свои объекты в реальности. Однако аутистические стремления могут быть направлены во внешнее»… З.Фрейд

в своем аналитическом разборе случая шизофрении

говорит: «Я считаю вполне вероятным, что измененное отношение к реальному миру можно объяснить исключительно или преимущественно отпадением либидонозного интереса».

Но тенденция «бежать от действительности», жить в мире грез и фантазий и там искать то удовлетворение, которое в реальной жизни недоступно и невозможно, в значительной степени свойственно и психологии невротика. К.Абрахам в цитируемой работе неоднократно указывает, что «невротик – это фантазер», и только «знание жизни фантазии невротика, приобретенное путем психоаналитического исследования, может дать нам ключ к разрешению загадки» – объяснению «состояний нереальности».

Он говорит об изолированности невротика, его отчужденности от окружающей реальности и силе его вытесненных желаний, которые, находя себе воплощение в мире фантазий, «превращают их в реальность, а реальность в неосуществленную мнимую грезу». Именно эта особенность психики невротика играет огромную роль в образовании грезовых состояний, и К.Абрахам, по-моему, эту роль не достаточно оценил или подчеркнул. Важен факт, что отношение невротика к реальности ненормально. Невротик не только душевно изолирован от окружающей действительности. Он ей чужд, но к ней привязан, не может любить ее проявления. Он не может найти в ней объектов для своего либидо, которое у него фиксировано на вытесненных бессознательных комплексах и изживается, самое большее, посредством симптомов болезни или в фантазиях и снах. Поэтому реальность никогда не может удовлетворить невротика, кажется ему скучной, пустой, неинтересной. Отсюда и его вечная неудовлетворенность жизнью и всегдашнее стремление заменить ее «нереальностью», грезой, «жизнью, как во сне». «Я теряюсь в пространстве, – говорит мой больной, – ничто не привязывает меня к жизни, к земле, я лечу, как во сне».

Другая пациентка, рассказывая про отношение к ней любимого человека, говорит:

«…Если бы он относился ко мне зло, нечутко, тогда бы этого не было, душа съежилась и ушла в себя и тогда знаете, что случилось бы? – тогда бы вот эти минуты «не настоящие», когда все не по-настоящему, а как во сне, тогда бы они были ужасно сильны. Так у меня было, когда К. меня оттолкнул своей чисто физической грубостью от себя. Тогда у меня очень сильны были эти состояния «не по-настоящему, сонные состояния». Мне казалось, что я совсем одна, кроме меня никого нет, отрезана, отделена от всех, замкнута в себе. Но это тогда не такое чувство отделенности, изолированности; преграды тогда не сознаешь, а чувствуешь только, что изолирована. Тогда уж эти состояния не вызываешь сама, не надо глаза тереть, они сами являются и не можешь их отбросить. Эти состояния обрываются, когда начинается сильная любовь ко всем людям, хочется всем рассказать, чтобы все были друзья твои и сильная влюбленность, влюбляешься легко».

Последними словами больная особенно хорошо характеризует душевное состояние, при котором «грезы» не возникают, а либидо свободно и легко находит объект в реальности (разумеется, я употребляю слово «либидо» во фрейдовском смысле: объектом может быть не только отдельное лицо другого пола, но и люди вообще или какое-либо удовлетворяющее занятие, труд, спорт и т.п.).

Однако между оторванностью от реальной жизни больного шизофренией и невротика существует большая разница. Больной шизофренией просто уходит от реальности, аутистически погружаясь в переживания своих комплексов и впадая по отношению к окружающему в глубокую апатию, в ступор. А невротик, наоборот, не только не апатичен, но реагирует на всякие жизненные столкновения особенно остро

. При всем своем желании убежать от реальной жизни они сохраняют с ней много аффективных связей, не теряя «чувства реальности». Невротику не удается оторвать свое либидо, т.е. свои интересы и желания, от реальности, они остаются направленными на внешние объекты окружающего мира, хотя и в полном несоответствии с ними.

В мире грез и фантазий невротик в отличие от шизофреника находит лишь временное утешение, а не полное удовлетворение и возмещение действительности. Он ищет в реальности объекты для направления на них своего либидо и, хотя никогда не находит в ней вполне удовлетворяющих, все же продолжает их искать. Eго интересы и желания, не находящие никогда полного осуществления, продолжают оставаться направленными на объекты действительности, а не на воображаемые продукты собственных болезненных комплексов, как у шизофреника. В несоответствии желания и реальности, в непримиримой борьбе между «могу и хочу» – трагедия жизни невротика. И его бегстве от реальности он продолжаете в ней жить, но пребывает с ней в постоянном конфликте. Потому у невротика нет ступора и апатии, а есть чувство враждебности к неудовлетворяющей его реальной жизни.

Невротик в отличие от шизофреника не хочет знать никакой жизни, видеть ее такой, какая она есть, но мечтает о другой, которую мог бы любить. А реальную жизнь он ненавидит и хочет ее уничтожить. Вот эта-то ненависть к реальности и желание ее уничтожить и находит свое выражение в состояниях «нереальности» или «грезовых состояниях». В изложенных выше историях болезни прямо указывается на связь между фантазиями об уничтожении окружающего, сновидениями о «свето-конце» и «состояниями нереальности». Неоднократно также указывалось выше на усиление или появление этих состояний в связи с усилившейся неудовлетворенностью и враждебностью к окружающему у моих больных.

С особенной яркостью это выражено в следующих словах последней описанной мной в этой статье больной, говорящей о своем разочаровании в любимом человеке:

«…Он ушел, а я была рада. Потом я встала и повесилась на полотенце – и потеряла сознание, не помню, как было дальше, только рано на рассвете я пришла в себя на полу. Но я повешусь все равно еще раз. Не хочу ничего, все равно жить не хочу, все гадость и гадость. Хотела любить; мечтала об этом – вот она любовь! Все гадость и гадость. И нечего больше мне ждать, я не хочу жить. Мне страшно, страшно… Мне жутко и ничего меня больше не привлекает, все гадость. Пусть все будет сон! Вечный сон! Чтоб всегда и сон был сон, и не сон был сон, и настоящее, чтоб было сон».

Интересно еще то, что такое недовольство действительностью, разочарование в ней часто направлено на собственную личность, свое тело, свою наружность или даже внутренние качества, которые кажутся нехорошими, отталкивающими и т.п. Тогда это состояние «нереальности» направляется на собственное тело, и уже начинает казаться «странным, чудным, искусственным, неживым, нереальным». Особенно ярко это выражено в первом моем случае. Больной глубоко страдал от мысли, что он безобразен, уродлив,никому не может нравиться, смешон и в своих припадках имел очень сильное ощущение «нереальности своего существа, своего тела». «С раннего детства мне хотелось, чтоб я был не я, а другой», – говорит он. Ему даже казалось, что он покинул свое тело и может, зайдя в комнату, увидеть его в постели.

Не менее ярко выражает это последняя моя больная, у которой мысль, что она уродлива, гадка, грязна, а также острое и можно сказать страстное отвращение к своему телу было одним из доминирующих, сильных и самых тяжелых симптомов болезни.

«Сегодня днем, – говорит она, – после того, как посмотрела на свое тело, наступило состояние «ненастоящего», сердцебиение и страх большой. Казалось, что все люди – куклы заведенные, только оболочка, а внутренности нет. Я все вижу и не понимаю, например, лампу, дверь – все. И сама я тоже не настоящая, а оболочка. Дотронусь до своего тела и – будто я дотронулась до чужого тела, будто чужая рука, а не я дотрагиваюсь».

Все вышеизложенное приводит нас к выводу, что в состояниях «нереальности» или «грезовых состояниях» находят свое симптоматическое выражение два желания: эротическое и сопровождающееся чувством ненависти и гнева садистическое –уничтожить всю окружающую действительность. Но в тесной связи с этими состояниями находится еще третье – чувство страха, входящее как составная часть в припадок «состояний нереальности» и составляющее одну из его фаз. И у нас возникает вопрос: какова же роль и значение этого третьего чувства? И почему оно неизменно сопровождает припадок независимо от того, выражается ли в нем эротическое чувство или гнев?

Как ни скудны паши знания психологии аффектов, но огромное биологическое значение именно этих трех чувств – эротического, гнева и страха и их тесная взаимная связь уже давно установлены наукой. Havelосk Ellis пишет по этому поводу

, что более мужской, «стенический» аффект – гнева, более женский, «астенический» аффект – страха являются основными аффектами (Grund-Affekt) животной жизни, посредством которых происходит психический процесс естественного отбора. Каждое животное обязано отчасти своим существованием аффективной реакции по отношению к более слабым соперникам в форме гнева, по отношению к более сильным – в форме страха. Поэтому-то оба эти аффекта имеют такие глубокие и крепкие корни во всем животном мире, к которому принадлежим и мы.

Но гнев и страх имеют не менее важное значение также и в половой жизни. «Ухаживание» (Werbung) самца является по существу демонстрацией боевого задора, и даже жесты, которыми он старается произвести впечатление на самку, часто только боевые, с ними же он выступает и навстречу врагу. У самки, напротив, средством завлечения становится ловкое изображение боязливых настроений, и основным мотивом ее поведения при ухаживании, как показали мои исследования психологии чувства стыда, является не что иное, как совокупность страхов.

Первоначальную связь гнева и страха с половым чувством хорошо описал Colin Scott в замечательном исследовании «Sex and Art». «Если высшие формы «ухаживания», – пишет он, – основаны на борьбе, по крайней мере, у мужчин, то гнев и любовь должны быть тесно ассоциированы. И обоих подстерегает страх… Чтобы победить в эротике, и самке, и самцу необходимо его преодолеть… Борьба и «ухаживание» сливаются друг с другом, «ухаживание» заступает на место простых движений борьбы. Таким путем создается ассоциация страстей страха и гнева с любовью…».

Более детально связь и взаимоотношение между эротическим чувством и чувством страха описал З.Фрейд, по учению которого, патологический страх есть проявление подавленного вытесненного в бессознательное либидо. Всякое систематическое эротическое возбуждение, длительные эротические желания, не находящие естественного и адекватного разряжения и удовлетворения, а подавленные и фиксированные на бессознательных комплексах, ведут к образованию страха и различных фобий

. Таким же источником страха может быть и вытесненный в бессознательное аффект гнева и ненависти, неосознанные агрессивные враждебные желания уничтожения, смерти в адрес лица, по отношению к которому сознание подобных желаний допустить не может. В.Штекель указал также, что у лиц, страдающих фобиями, иногда бывают острые вспышки гнева как эквивалент фобического припадка.

Выше я привел сделанное К.Абрахамом подразделение припадка «состояния нереальности» на четыре стадии, из которых страх характеризует четвертую, последнюю. Эта стадия, как я указал, может быть вызвана и подавлением аффекта ненависти, гнева, злобы. То же можно сказать и о двух предшествующих стадиях – второй и третьей: стадиях «пустоты сознания» и «оторванности» (Entrückung). Выше я указал, что наступление этих стадий К.Абрахам объясняет тем, что свойственное третьей стадии отсутствие мыслей, пустота в сознании соответствует более или менее значительной его потере, наступающей на высоте всякого полового возбуждения, что особенно сильно выражено у невротиков. Такое же минутное потемнение сознания у них может наступить в момент высшего напряжения аффекта гнева, ненависти, ярости.

В.Штекель описал случаи «псевдоэпилептических» припадков, сходных по внешней форме с эпилептическими, сопровождающихся глубокой потерей сознания, но чисто психогенного происхождения, наступающих в припадке ярости, под влиянием сильного аффекта ненависти, гнева. Так что выдвигаемая мной вторая возможная причина «состояний нереальности» – аффект гнева, ярости, ненависти – также может повлечь за собой наступление этих двух стадий.

Что касается первой стадии – радостной экзальтации при усиленном фантазировании, то наступления ее под влиянием бессознательного аффекта ненависти, гнева наблюдать не приходится. Но фантазии агрессивного характера, злобные, враждебные, желания, чувства ненависти и гнева, как известно, очень часто встречаются у невротиков, особенно в виде бессознательных фантазий и желаний. Под влиянием этих бессознательных переживаний невротики проявляют иногда даже своего рода «экзальтацию» озлобления, раздражительности, большую придирчивость и обидчивость. В этих случаях длительная, часто даже хроническая стадия экзальтации заменяется такой же длительной стадией повышенной раздражительности и озлобления.

Однако при психоневрозах, особенно при истерии, бывают, как известно, и другие формы изменения сознания, и вполне естественно напрашивается сравнение «грезовых состояний (нереальности)» с этими другими формами. К последним относится сопровождающийся более глубоким нарушением работы сознания сомнамбулический сон, во время которого невротик претворяет свои фантазии в поступки и действия, не сохраняя о них впоследствии никаких воспоминаний. Далее гипноидные и сумеречные состояния, имеющие наибольшее сходство с интересующими нас «состояниями нереальности». По словам Й.Брейера

, впервые описавшего эти гипноидные состояния, они характеризуются (как и «грезовые») явлением «оторванности» (das Entrücken), «помрачением окружающей реальности» и «аффективной остановкой мышления». Но во время сумеречных состояний больные совершают иногда сложные действия с последующей амнезией, чем они сходны с сомнамбулическим сном и чем отличаются от грезовых состояний. Наконец, при истерии еще встречается может быть самое типичное для этой болезни явление – так называемый истерический припадок. И он сопровождается нарушением функции сознания, но нарушение это отличается большей глубиной, чем при «состояниях нереальности», доходя до полной потери сознания. Кроме того, пустота в сознании при «грезовых состояниях» очень кратковременна, моментальна, а при истерическом припадке может быть довольно продолжительной.

Остается еще прибавить, что «грезовые состояния» встречаются не только при тяжелых случаях невротических заболеваний, но и при самых легких, и имеют тогда формы мимолетных, моментальных «потемнений» сознания, связанных с быстро проходящим страхом. И именно этим последним моментом – страхом – они отличаются от petits maux или коротких, быстро проходящих сужений сознания истерического характера.

Обложка журнала, в котором впервые была опубликована статья М.В.Вульфа «О состояниях “нереальности” у психоневротиков (“грезовых состояниях”)».

Каково жить, когда не чувствуешь реальность

Представьте: однажды вы просыпаетесь, смотрите в зеркало и пытаетесь признать в нем себя. Хуже того, вы чувствуете, будто наблюдаете за своей жизнью со стороны, словно смотрите плохой и скучный фильм. Вам все труднее взаимодействовать с окружающими, потому что слишком много сил уходит на попытки разобраться со странными ощущениями.

Все это — пугающие симптомы диссоциативного расстройства, которое называют синдромом деперсонализации и дереализации, или ДП-ДР. Оно появляется вследствие психологической травмы или употребления наркотиков и может длиться от пары часов до нескольких лет. Это странное состояние, о котором почти не говорят, заставляет людей утратить связь со своим телом, эмоциями, окружением и даже с семьей. С момента проявления первых симптомов жизнь превращается в постоянную борьбу с ощущением нереальности происходящего, в которой практически невозможно уловить собственное «я».

В рамках Недели психического здоровья мы взяли интервью у нескольких человек, чтобы узнать, каково это — постоянно чувствовать себя оторванными от реальности.

СОФИ, 19 ЛЕТ, ЛОНДОН

При ДП-ДР довольно странно смотреть на свое отражение в зеркале или слышать собственный голос, ведь они кажутся ненастоящими. Затем это чувство нарастает, и нереальным кажется уже все вокруг. Ощущаешь себя ниточкой из эмоций и мыслей, одинокой в этом чуждом мире. Обычно это состояние проходит через несколько часов или дней, но я живу так уже два с половиной года.

ДП-ДР нередко дополняет и усиливает нервозность и депрессию. На самом деле симптомы часто встречаются. Многие испытывают схожие чувства из-за переутомления или стресса. Курение травки или употребление галлюциногенных наркотиков также может спровоцировать появление расстройства самовосприятия. Ощущение полного истощения сознания, будто туман в голове. Прямо сейчас голова у меня ватная, глаза слипаются, я хочу прилечь. Мысли рассеяны, тяжело сосредоточиться на чем-то, что требует критического мышления или работы памяти. Я пыталась практиковать самоосознанность, но становилось только хуже.

Психическое заболевание обрекает человека на одиночество. Друзья могут принимать твои переживания и поддерживать, но толку в этом мало. В школе, как мне кажется, все только притворялись понимающими. Несмотря на систему поддержки, у меня оставалось ощущение, что окружающие уверены, будто я изображаю жертву. Мне кажется, подобные суждения — ярлык, который общество навешивает на каждого с психическим заболеванием. Знаете, вроде типичного образа подростка на Tumblr, который постоянно говорит о тревоге, депрессии и «упивается жалостью к себе».

Досадно, что слова «деперсонализация» и «дереализация» такие длинные и труднопроизносимые — нелегко использовать их в речи и обсуждать с людьми эти расстройства в обычной беседе.

ДЖО, 19 ЛЕТ, ЛОНДОН

Помню, какой страх и смятение я почувствовал, когда впервые испытал симптомы ДП-ДР. Я твердил родителям, что со мной что-то не так. Всё вокруг и в моей голове казалось неправильным. Многие, кто страдает от этого расстройства, описывают это состояние как сон или ощущение от просмотра фильма о себе. Я гулял. Было уже поздно, когда я вернулся домой и лег с депрессивными мыслями, пытаясь заснуть. Затем у меня внезапно случилась паническая атака. Мое сердце быстро билось, а в груди не хватало воздуха. Перевернувшись на спину, я попытался контролировать свое дыхание. А затем в моей голове словно щелкнул выключатель, и практически мгновенно наступило состояние ДП-ДР.

Сначала я заметил, что совершенно лишился эмоций. Я не ощущал ничего, кроме ужаса. Посмотрев в зеркало, я будто не мог узнать себя в отражении — я знал, кто я, но не понимал. Я был так взволнован, что решил разбудить родителей. Мама постаралась успокоить меня, и я чувствовал ее руку на своем теле, но лишь как физическое ощущение ее попыток меня успокоить. Я не понимал, что знаю ее. Мне казалось, я больше никогда не почувствую любви матери. Я выглянул в окно и посмотрел на задний двор, где прошло мое детство, и я не был уверен, что мне знакомо это место. Казалось, мои воспоминания больше мне не принадлежали.

Деперсонализация — это ужасающее состояние. По мнению психологов, мозг использует ее как инструмент выживания или защиты. «Парализуя» эмоции, ДП-ДР позволяет людям рационально мыслить в стрессовых ситуациях. Например, человеку во время пожара синдром ДП-ДР помог бы не паниковать, а сосредоточиться на побеге. Но затем диссоциативное состояние должно пройти. Однако если этого не случается, то ДП-ДР перерастает в расстройство, жизнь с которым — сущий кошмар.

Мне назначено медикаментозное лечение, и порой кажется, что я — псих. Я переживаю из-за постоянной путаницы в голове. Мои амбиции и надежды на будущее кажутся утраченными. Недавно я начал задумываться, насколько странные мои чувства. Мой собственный мозг против меня. Как все мои ощущения и эмоции могут быть плодом серого вещества под моей черепной коробкой? Больше ничто не имеет смысла.

Я пытаюсь отвлечь себя чтением. Еще занимаюсь музыкой. Это хороший способ — музыка действительно затягивает меня. Я купил книгу самопомощи про синдром ДП-ДР, и она, наряду с историями людей, успешно поборовших деперсонализацию, помогает лучше всего.

Тем, кто тоже страдает от ДП-ДР, я бы посоветовал занять себя чем-нибудь, даже если это крайне сложно в начале. Даже если мир кажется другим, вернитесь к своим прежним хобби. Через некоторое время станет лучше. Если вы чувствуете, что на грани сумасшествия, просто дышите и старайтесь сосредоточиться на окружающей обстановке. Общайтесь с друзьями и не избегайте людей.

ОСТИН, 25 ЛЕТ, САН-ФРАНЦИСКО

У меня симптомы ДП-ДР появились очень рано, в 15 лет. Конечно, изначально они были редкими и не приносили существенного вреда. У меня возникало что-то вроде чувства, когда смотришь вокруг и думаешь «Что?» или когда жизнь кажется какой-то ненастоящей. В 17 лет они начали проявляться сильнее и чаще. Я стал временами задумываться, было ли что-то не так со мной или это нормальное состояние любого человека. Я допускал мысль, что, возможно, именно так взрослые воспринимают реальность.

В прошлом году, когда я окончил колледж, состояние резко ухудшилось. Сейчас я не ощущаю себя живым. Я не чувствую эмоций и не переживаю из-за отношений. У меня проблемы с долгосрочной памятью. Все, что меня окружает, кажется плоским и расплывчатым. Это трудно объяснить. В таком состоянии создается ощущение, что ты — маленький человек, находящийся внутри собственной головы и смотрящий на мир словно через экран телевизора. Общение дается мне очень сложно, потому что существует прямая связь между заинтересованностью в людях и симптомами ДП-ДР. А еще кажется, что время летит очень быстро.

В итоге моя жизнь значительно ухудшилась. Я стал более депрессивным и менее общительным, заинтересованным и уверенным в своих силах. Мне тяжело поддерживать с кем-либо дружеские отношения, потому что болезнь лишает меня эмоций, и я просто не способен испытывать любовь или привязанность. Но это не значит, что я чувствую себя спокойно. Единственное преимущество состоит в том, что я могу сохранять трезвость мысли в стрессовых ситуациях. Я вполне работоспособен, но я нахожусь в состоянии постоянного дискомфорта 24 часа 7 дней в неделю. Я хожу к психотерапевту, чтобы попытаться разобраться в причинах своего состояния.

Мне тяжело дружить или заводить новые знакомства. Мне пришлось буквально бороться с собой, чтобы сохранить отношения, которые длились целых четыре года, из-за того, что мне тяжело испытывать любовь или привязанность. Когда дружба начинает увядать, мне приходится напоминать себе, что в глубине души я люблю этих людей и что именно мое психическое заболевание заставляет меня думать, что мне нет до них дела. Но несмотря на это, мои друзья счастливы, что я стараюсь быть лучше.

Как художнику мне приходится прикладывать немало усилий, чтобы почувствовать вдохновение. Очень трудно, когда нечто, ранее воодушевлявшее, перестает вызывать всплеск дофамина. Эскапизм — отличный выход из этой ситуации. Поскольку реальность провоцирует лишь дискомфорт, Netflix и интернет погружают меня в альтернативные реальности, над которыми у меня больше контроля. Моя жизнь существенно улучшилась и значительно возросла моя продуктивность, когда я досмотрел все эпизоды сериала «Девочки».

Многие из тех, кто успешно прошел лечение, говорят о необходимости перестать думать о ДП-ДР и пытаться жить так, как будто у них никогда не было этого расстройства. Со мной это не сработало. Другие утверждали, что им помогли витамины или таблетки. Хоть я и взрослый человек, мой разум застрял где-то в детстве. Возможно, диссонанс между моим детским разумом и взрослым телом и окружением — это причина моего расстройства. Я считаю, что путь к моему выздоровлению лежит через единение с самим собой.

Оригинал: Dazed.
Автор: Кеми Алемору.
Иллюстрации: Элизабет Хенсон.

Переводили: Варвара Васильева, Андрей Зубов, Анна Василенко.
Редактировали: Алёна Зоренко, Анастасия Железнякова.

Невропатические расстройства | Stimsmart

Проблемы возникают постепенно — сначала неприятное покалывание, жжение, даже прикосновение одеяла к коже вызывает дискомфорт… Спокойный сон становится «дефицитом». Со временем нарушаются функции нервной системы – начинается снижение чувствительности к прикосновению, появляется чувство тепла (жар) и боли, в основном в крайних частях нижних конечностей. Без лечения, зона поражения расширяется. Инфицированный человек теряет способность координировать движения (потеря ловкости руки, спотыкание, шатание при ходьбе) …

Нервная система состоит из сети нервных волокон, которые проводят сигналы (импульсы) от головного и спинного мозга к иным, периферийным, частям тела. Процесс передачи нервных импульсов может страдать от повреждения определенных частей этой сети. Следовательно, нарушается способность корректировать движение наших мышц и суставов, нарушаются функции кожи и внутренних органов.

Утрата чувствительности нервных окончаний часто происходит из-за периферийной невропатии. Первые симптомы обычно появляются в ногах, в виде постепенного онемения, покалывания или боли. В конце концов он может легко расшириться до верхних конечностей или частей туловища. Другим признаком периферической невропатии может быть крайняя чувствительность к прикосновению. Онемение и покалывание кожи известно как парестезия.

Серьезное осложнение, особенно в случае сочетания невропатии с диабетом, может привести к потере чувствительности ног. Любые возникшие на ногах волдыри и язвы на могут затем быстро развиваться и остаться незамеченным. Последующие травмы и инфекции (образование воспаленных ран) могут распространиться на более глубокие ткани, и даже кости! Последствия могут быть плачевными — потребуется ампутация

Наиболее распространенные невропатические проблемы:

  • нарушение чувствительности (особенно в нижних конечностях)
  • покалывание
  • ощущение холода в конечностях
  • интенсивная боль в состоянии покоя (в основном в ночное время)
  • потеря полного ощущения в конечностях

Stimsmart терапия помогает восстановить чувствительность ваших конечностей

Для Stimsmart терапии не важны причины невропатии, лишь ее проявление и время, необходимое для того, чтобы полностью ее устранить. Невропатические проблемы – это не просто проблемы с конечностями. Усталость и плохой сон, как их последствия, оказывают влияние на общее психологическое состояние пациента. Stimsmart терапия помогает решить эти проблемы комплексно.

Я перестала чувствовать свое тело

CosmopolitanЗдоровье

Если вовремя не прожить негативные эмоции, они рано или поздно дадут о себе знать. Галина Гаркавая, 38 лет, вспоминает, как это случилось с ней.

Записала Ольга Севастьянова

Весенний день 1994 года в Днепродзержинске. Мне 14 лет, я возвращаюсь из художественной школы. Уже вижу свой дом, как вдруг понимаю, что не чувствую ногами землю. Толчки отдаются в теле, но стопы будто заморожены. Я прибавляю шаг. Захожу в подъезд, вызываю лифт. Палец не чувствует кнопку! Выхожу на лестничную клетку на ватных ногах. Еле нащупываю ключи от квартиры – руки уже онемевшие. Меня встречает бабушка. «Со мной что-то не так, – говорю ей, – все отнимается». – «Ну иди к невропатологу», – отвечает она. Бабушка тогда не поняла, насколько все плохо.

«Ничего страшного», – успокаиваю я себя. Вспоминаю, как однажды мне лечили зуб с заморозкой, и это очень напоминает мое состояние сейчас. Я выхожу на улицу. До поликлиники – не более пяти минут пешком, но для меня каждый шаг – целое дело. Если не смотреть под ноги, стопы не чувствуют землю, и я будто проваливаюсь в бездну. О! Навстречу идет соседская девочка. Спрашивает: «Галя, ты в порядке?» – «Нет, мне трудно идти, а надо к врачу. Проводи меня, пожалуйста».

Вот мы на месте. Подходим к регистратуре. Заглядываю в окошко: «Я перестала чувствовать свое тело. Надо записаться к невропатологу». – «Дойти сможете?» – спрашивает медсестра. «Не знаю». Она встает со стула и исчезает за стеллажами. Почти тут же появляется рядом со мной. В кабинет меня пропускают без очереди. Сестра что-то шепчет врачу. Тот колет пару раз иголкой по моим рукам, стопам, голеням. «Есть ли какие-нибудь ощущения?» – «Нет». – «Вызываем скорую. Скажи телефон домашних, мы им сообщим, что тебя увезли в больницу». Обомлевшая – на этот раз от страха, я диктую номер. Кажется, происходит что-то серьезное. Как перенесет моя семья?

Осенью мы уже пережили трагедию. 9 сентября 1993 года на металлургическом комбинате, где работали родители, взорвалась доменная печь. Помню, я вернулась в тот день из школы, а бабушка, встревоженная, с опухшими от слез глазами, сообщила, что папа в реанимации. Мама пришла вечером. Она все время плакала, не могла толком объяснить, что случилось. Только бормотала: «Пусть калека, пусть со сгоревшей кожей, но живой». Лишь тогда я осознала всю тяжесть ситуации. Произошел очень мощный взрыв, несколько человек сразу погибли. Отец вместе с другими выжившими выносил товарищей из пожара. Спас нескольких, но его тело обгорело на 90 %. Нас с сестренкой к нему не пустили. Папа попросил об этом маму – чтобы мы запомнили его таким, каким он был до трагедии… Через три дня он умер.

Тяжелая неясная голова,слабость,ватная голова — вопрос №8794

Создано: 20.02.19

Направление:

Спрашивает: Максим

Здравствуйте!Следующие симптомы: Ощущение тяжести и слабости в голове,тяжелая неясная голова.Чувство давления на голову,давление внутри головы, мутная,ватная голова,скованность в голове.Напряжение и постоянная усталость в голове. Нахожусь в состоянии прострации, читаю текст и не могу понять смысл написанного , отупление мозгов. Испытываю заторможенность, упадок сил, немощность, снижение эмоциональной и интеллектуальной активности, ухудшилось восприятие информации ,не возможность сосредоточиться, общая слабость, истощаемость сил и энергии несоразмерно с нагрузкой, потеря концентрации и сообразительности (снижение умственной активности мозга), слабость во всём теле,легкое напряжение в шее, ухудшилась ориентация в пространстве, ощущение что голова вообще не соображает ,ухудшилась концентрация внимания и память, стал менее общителен, состояние полного овоща.Ощущение ватной головы, как будто в голове присуствует слабость, например отлежал ногу или руку и конечность становится ватной примерно такое же ощущение у меня в голове, из-за этого трудно соображать и мыслить, я бы еще охарактеризовал это ощущение как ощущение слабости и тяжести в голове одновременно, неясная голова, не хватает ясности и хочется чтобы голова просветлела, тяжесть ушла и наладилась сообразительность. Сознание мутное, сонливасть и вялость при этом присуствуют постоянно и как будто бы выпил алкоголя литр пива например или как после похмелья. Ощущение как бы давления внутри головы, или сдавленности, из-за общей слабости и из-за того что голова не соображает, в общение я не развиваю тем разговора, истории не расказываю, только поддерживаю разговор, не хватает положительных эмоции и я давно уже не радовался, чувствую себя как овощь. Появилась рассеяность внимания и забывчивость, например только налил в кружку кипятка, поставил чайник и через секунд 10 снова хотел налить кипяток в кружку, забыв о том что я уже наливал. Концентрациия внимая снизилась, я бы назвал это истощаемостью внимания. Постоянно кого-то слушаю и с кем-то общаюсь мне что-то рассказывают я слушаю вроде понимаю о чём говорят, но я только вслушиваюсь, мозг при этом не соображает что нужно сказать что бы поддержать беседу, поэтому мои ответы однотипны и не изобретательны, только через некоторое время мне мне приходит мысль в голову что мне нужно было спросить или о чём надо было сказать, зачастую даже после общения, присуствует замедленность мышления, отупление мозгов и заторможенность.Мало того что информация не воспринимается так ещё и не появляется в голове и не осмысливается, чувствую себя как растение.То есть у меня в голове не появляется информация,мозг просто её не рождает,знания есть,но мозг не соображает как их применить,над сложными умозаключениями я могу думать очень долго,но как-то не думается.Также информация и не усваивается,в одно ухо влетело в другое вылетело,я вроде понимаю,но вот рассказать и объяснить не могу.Когда начинаю думать,пытаться что-то вспомнить или осмыслить впадаю в умственный ступор. Пытаюсь думать,осмысливать и вообще не могу ничего сообразить. Я начинаю думать и размышлять только мысль приходит в голову как я ее сразу забываю и не могу потом вспомнить или мысль зарождается и я не могу ее понять и сформулировать и тут же забываю и вспомнить не получается. Память также ухудшилась и толковые мысли в голову приходят очень редко, например я прочитываю текст, любую статью в интернете по 3 раза и через 10 минут мне трудно рассказать и сформулировать о чём я прочитал, трудность в усвоение новых знаний, вообще трудности в формулировании чего-то сложного,мозг просто отключается и думать не хочет,вроде понимаю что-то но вспомнить не могу и рассказать тоже. Неуверенность в суждениях, постоянно возникает ощущение, будто сказал не так или не совсем то, что думал. Зыбаваюсь часто, снижение творческой активности.Из-за того что мозг не соображает присуствует бедность ассоциаций,слова подбираю с задержками,речь однотипна:не богата и не изобретательна.Заторможены интеллектуальные потребности, исчезла любознательность, пытливость. «Вроде не о чем стало думать». Трудно дается диалог: «Говорить не о чем, не знаешь, что спросить…Ухудшилось либидо и потенция, развилась эректильная дисфункция.Со сном всё в порядке, но сплю очень много времени бывает и по 16 часов в сутки, после сна просыпаюсь всегда уставшим и разбитым с ужасной тяжестью в животе и в голове, сонливость держится достаточно долго на протяжении дня, я постоянно хочу спать или прилечь и сил не хватает ни на что, быстрая утомляемость.Голоса и мысли реальных людей в голове,они могут озвучивать мои мысли,мысленно мне о чём-то сообщать,пытаются меня унизить,говорят : «Мы доведём тебя до суицида» и прочие гадости,когда они начинают часто разговаривать сообразительность падает до минимума и всё пропускаешь мимо ушей слышишь только их, из-за этого трудно сосредоточиться на чём-либо. Трудно поддержать с кем либо беседу, трудно даже разговаривать «мыслительный процесс затруднён» постоянно думаешь о том как тебе плохо и что так дальше продолжаться не может. Такое состояние у меня держится уже около 5 лет.Это не то, что мешает жить, а жить с этим просто невыносимо! Жизнь стала мучительной, я не знаю, что со мной! Вот эти ощущения и мешают мне думать, понимать, развиваться, радоваться, интересоваться чем-либо, жить.

Из хронических заболеваний имеется астма,в возрасте 16 лет было легкое сотрясение мозга.Из обследований делал УЗГД ультразвуковая допплерография сосудов головы и шей — без паталогий Эзофагогастродуоденоскопия (ЭГДС) — обнаружен поверхностный гастрит, гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь,диспепсия.Узи внутренних органов,брюшной полости в норме без патологий. Недифференцированная дисплазия соединительной ткани.Электроэнцефалограмма — Определяется изменения биолекрической активности мозга,свидетельствующие о дисфункции на диэнцефальном уровне,асимметрии коркового ритма.Межполушарная ассиметрия свыше 30% косвенно указывает на сосудистый характер изменения электрогенеза.Киста на щитовидке.Гормоны щитовидки в норме.Реоэнцефалография — нарушения обнаружены серьёзные,как сказала мне врач нарушения мозгового кровотока(не могу прочитать заключение так как там не разборчивый почерк)Ренген шейного отдела позвоночника с функциональными пробами – Нарушена физиологическая форма шейного отдела позвоночника: выпрямлен физиологический лордоз, субхондральный склероз тел С2,С3,С4,С5,С6,С7 дополнительное костное образование С1 шейный остеохондроз, аномалия Киммерли.У окулиста просматривал глазное дно обнаружено сужение сосудов.Сдал следующие анализы: Анализ крови на ферритин,анализ крови с лейкоцитарной формулой и соэ,биохимический анализ крови АЛТ, АСТ, билирубин, мочевина, креатинин, амилаза,Анализ на антитела к тиреоидной пероксидазе(анализ крови),С-реактивный белок (Анализ крови СРБ) — эти анализы в пределах нормы,также сделал скрининг на гельминтозы, иммуноферментный анализ ИФА на герпетические инфекции с определением индекса авидности, иммуноферментный анализ ИФА на вирусные гепатиты, анализ крови на некоторые нейроинфекции — обнаружен герпес нескольких видов,остальные в норме. По результатам мрт с контрастом и ангиографии сосудов серьёзных паталогий обнаружено не было,только асимметрия кровотока по поперечным синусам.По мрт шейного отдела позвоночника заключение следующие: Признаки дегенеративно-дистрофических изменений шейного отдела позвоночника. Дорсальные протрузии межпозвонковых дисков С3-4,С4-5 с признаками умеренной компрессии нервного корешка С4 справа.Что со мной происходит и с чем связано мое состояние и как мне лечится.Подскажите пожалуйста что можно придпринять в моей ситуации?Помогите!

Что такое сонный паралич: самое жуткое из безобидного

https://ria.ru/20200110/1563218869.html

Что такое сонный паралич: самое жуткое из безобидного

Что такое сонный паралич: самое жуткое из безобидного — РИА Новости, 11.01.2020

Что такое сонный паралич: самое жуткое из безобидного

Сгустившаяся тьма, навалившаяся на грудь, гулкие шаги в пустом доме, внезапное прикосновение, мистическое ощущение чужого враждебного присутствия — такими… РИА Новости, 11.01.2020

2020-01-10T08:00

2020-01-10T08:00

2020-01-11T23:35

врачи

здоровье

москва

сон

медицина

общество

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn22.img.ria.ru/images/156321/77/1563217729_0:11:1479:843_1920x0_80_0_0_ce6dea644f1cfbe360f4c08a06602a7c.jpg

МОСКВА, 10 янв — РИА Новости, Мария Семенова. Сгустившаяся тьма, навалившаяся на грудь, гулкие шаги в пустом доме, внезапное прикосновение, мистическое ощущение чужого враждебного присутствия — такими бывают галлюцинации, возникающие при засыпании или пробуждении. Это не ночной кошмар — люди осознают, где находятся, видят привычную мебель и точно знают, что их глаза открыты. Частый спутник таких видений — сонный паралич, состояние, при котором невозможно пошевелить даже пальцем. Остается только смотреть, как черный человек движется по комнате, чтобы стиснуть пальцы на вашей шее. Домовой на кроватиВ состоянии между сном и явью, когда человек находится в сознании, но мозг уже (или еще) транслирует сновидения, две картинки накладываются: люди четко видят привычную мебель в комнате и уверены, что не спят, но внезапно в знакомом дверном проеме появляется пугающий черный силуэт. Подобные галлюцинации не считаются психическим нарушением и не нуждаются в лечении. Порой этому сопутствует сонный паралич, когда человек контролирует лишь движения глаз — все остальные мышцы не слушаются. Полная обездвиженность делает ночные видения еще более зловещими. Сонный паралич зачастую возникает при различных неврологических заболеваниях, например нарколепсии (страдающие этим недугом не могут долго удерживать бодрствование и то и дело клюют носом). Тем не менее само по себе это состояние, даже сопровождающееся «мистическими видениями», вполне безобидно. Истории о злых домовых, полтергейстах, демонах, которые пугают по ночам хозяев дома, если те им не угодили, объясняются именно галлюцинациями при засыпании и пробуждении. «Думала, приходил дедушка»Екатерине Берняк сонный паралич и галлюцинации знакомы с детства: почти каждый месяц она видела в дверном проеме человека в шляпе. Катя думала, что к ней приходит умерший дедушка — он всегда носил шляпу. Позже она об этом забыла: «Снилось и снилось». Но в студенческие годы паралич вернулся. «Я просыпаюсь и вижу всю комнату, как в реальности. Все понимаю и осознаю. Дальше — дикий гул в ушах, как будто рой пчел. Тело начинает вибрировать, не могу пошевелиться. Ужасный страх. Потом приходит черный человек», — рассказывает Екатерина. Персонаж ее сонных галлюцинаций не меняется. Это худой черный человек с очень длинными руками и ногами — иногда он является один, порой их несколько. И уточняет: это не единственный сценарий. Но одно остается неизменным — панический страх. Если сонный паралич случается, когда она лежит на боку, девушка чувствует, что кто-то тянет ее за волосы или плечо, чтобы перевернуть на спину. Или ей кажется, что ее стаскивают с кровати и несут куда-то на руках. Екатерина знакома с научным определением сонного паралича, но склоняется к мистическому объяснению: «Это какие-то существа, которые питаются нашей энергией, когда у нас ослабевает эмоциональная защита». Предсказать следующий приступ невозможно, а профилактики, по словам девушки, нет: сонный паралич не связан напрямую с уровнем стресса или условиями жизни. «Сейчас ничего серьезного не происходит, но такие моменты все равно случаются. Хорошо спать и вести здоровый образ жизни не очень-то помогает», — говорит она. Сон после снаДругая собеседница агентства, Мария Гуторова, напротив, уверена: чем выше уровень стресса, тем больше вероятность сонного паралича. «Это было неоднократно. Первый раз — десять лет назад, следующие пять лет такое периодически случалось. Может быть, это связано с тем, что эти годы были более нервными. Помню, однажды приснилось лицо дьявола — оно просто выступило из темноты. Проснулась от этого и почувствовала, что меня кто-то держит, пыталась пошевелиться, вырваться — и не могла, жуткое ощущение. Дошло до того, что я, неверующий человек, положила под подушку иконку и спала так несколько лет», — рассказывает она. Каждый раз во время приступов Мария видела существо с понятными очертаниями, но старалась не удариться в мистику — объясняла это нервным перенапряжением и усталостью. Сонный паралич после тревожного сна произошел и с Иннокентием Кашиным (имя изменено). Второй раз посреди ночи от тумбочки отделились какие-то тени — «пушистые шарики темноты» — и зависли над лицом. Снова возникло ощущение покалывания. «В таком состоянии нет критического мышления. Как пьяный или во сне — все принимаешь за чистую монету. Самое страшное — беспомощность. Пытаешься, но не можешь пошевелиться. Однако если приложишь усилие, включишь волю, то справишься: нужно просто очень сильно захотеть, сконцентрироваться на желании двинуть рукой или хотя бы языком — любая мышца годится. Я сумел махнуть рукой — и все моментально исчезло», — объясняет он. В тот период Иннокентий немного увлекался эзотерикой и сначала подумал, что встретился с чем-то неизведанным, но быстро отверг эту версию: «Я почти сразу стал искать информацию, выяснил, что это сонный паралич — известное науке явление, в котором нет ничего мистического». Татьяна Константинова столкнулась с сонным параличом в детстве — и запретила себе думать об этом на долгие годы. «Я училась в школе, шестой или седьмой класс. Была в полудреме и в какой-то момент осознала, что слева от меня сгустилась тьма. На меня навалилось какая-то большая, мягкая и в то же время тяжелая сила. Я не могла двинуть ни рукой, ни ногой. Потом это рассеялось, смогла встать. Я так испугалась, что никому ничего не рассказала, запретила себе думать об этом. Вспомнила спустя годы, уже взрослой. В интернете быстро выяснила, что это был сонный паралич», — делится подробностями она.»Сонный паралич безвреден»Александр Пальман, заведующий сомнологическим кабинетом на базе Университетской клинической больницы № 1 Первого Московского государственного медицинского университета имени И. М. Сеченова сообщил РИА Новости, что сонный паралич — неприятный, но безобидный сбой организма. Дело в том, что в фазе быстрого сна — той самой, когда мы видим яркие сновидения — все мышцы тела максимально расслаблены, иногда это называют физиологическим параличом во время сна. Это для того, чтобы человек не мог совершить резких движений и нанести себе увечья. Но иногда происходит сбой — и естественное для сна состояние распространяется на бодрствование. Это и есть сонный паралич. «Человек пробуждается, не может пошевелиться, у него не получается контролировать дыхание — куча неприятных ощущений. Это не опасно, но людей сильно пугает. Они начинают фантазировать: инвалидность, инсульт. Главное, не паниковать: все быстро пройдет. Это не та ситуация, в которой можно умереть, задохнуться, приобрести постоянный паралич», — комментирует врач. Почему одни сталкиваются с сонным параличом часто, а другие — никогда, науке пока не известно. Проекция снаРуководитель Центра медицины сна Университетской клиники МГУ имени Ломоносова Александр Калинкин подчеркивает, что сонный паралич не всегда сопровождается галлюцинациями. «Он может сочетаться с видениями, однако это больше характерно для нарколепсии — заболевания относительно редкого и плохо диагностируемого», — уточняет специалист.Галлюцинации при засыпании и пробуждении — неприятный, однако не опасный сбой в организме, как и сонный паралич.»Сновидения вклиниваются в структуру бодрствования. Человек осознает собственное «я», понимает, что не спит, видит вокруг себя привычную комнату, но на это накладываются картинки сна. Это не истинные галлюцинации, которые бывают при психиатрических заболеваниях», — разъясняет Александр Пальман. Сомнолог также замечает: если сонный паралич и галлюцинации во время засыпания и пробуждения случаются регулярно, стоит обратиться к врачу — это может быть симптомом серьезных неврологических заболеваний.

https://ria.ru/20180426/1519361198.html

https://ria.ru/20191024/1560144253.html

https://ria.ru/20190918/1558772603.html

https://ria.ru/20180217/1514702221.html

москва

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn23.img.ria.ru/images/156321/77/1563217729_0:0:1479:1110_1920x0_80_0_0_ac3d8b9c726ec27686a8ec62e17116a8.jpg

РИА Новости

[email protected].ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

врачи, здоровье, москва, сон, медицина, общество

МОСКВА, 10 янв — РИА Новости, Мария Семенова. Сгустившаяся тьма, навалившаяся на грудь, гулкие шаги в пустом доме, внезапное прикосновение, мистическое ощущение чужого враждебного присутствия — такими бывают галлюцинации, возникающие при засыпании или пробуждении. Это не ночной кошмар — люди осознают, где находятся, видят привычную мебель и точно знают, что их глаза открыты. Частый спутник таких видений — сонный паралич, состояние, при котором невозможно пошевелить даже пальцем. Остается только смотреть, как черный человек движется по комнате, чтобы стиснуть пальцы на вашей шее.

Домовой на кровати

В состоянии между сном и явью, когда человек находится в сознании, но мозг уже (или еще) транслирует сновидения, две картинки накладываются: люди четко видят привычную мебель в комнате и уверены, что не спят, но внезапно в знакомом дверном проеме появляется пугающий черный силуэт. Подобные галлюцинации не считаются психическим нарушением и не нуждаются в лечении.

Порой этому сопутствует сонный паралич, когда человек контролирует лишь движения глаз — все остальные мышцы не слушаются. Полная обездвиженность делает ночные видения еще более зловещими.

Сонный паралич зачастую возникает при различных неврологических заболеваниях, например нарколепсии (страдающие этим недугом не могут долго удерживать бодрствование и то и дело клюют носом). Тем не менее само по себе это состояние, даже сопровождающееся «мистическими видениями», вполне безобидно.

26 апреля 2018, 08:00

«Отключиться мог прямо на светофоре». Как живут больные сном россияне

Истории о злых домовых, полтергейстах, демонах, которые пугают по ночам хозяев дома, если те им не угодили, объясняются именно галлюцинациями при засыпании и пробуждении.

«Думала, приходил дедушка»

Екатерине Берняк сонный паралич и галлюцинации знакомы с детства: почти каждый месяц она видела в дверном проеме человека в шляпе. Катя думала, что к ней приходит умерший дедушка — он всегда носил шляпу. Позже она об этом забыла: «Снилось и снилось». Но в студенческие годы паралич вернулся.

«Я просыпаюсь и вижу всю комнату, как в реальности. Все понимаю и осознаю. Дальше — дикий гул в ушах, как будто рой пчел. Тело начинает вибрировать, не могу пошевелиться. Ужасный страх. Потом приходит черный человек», — рассказывает Екатерина. Персонаж ее сонных галлюцинаций не меняется. Это худой черный человек с очень длинными руками и ногами — иногда он является один, порой их несколько.

«Он забирается на кровать и идет по мне от ног к лицу — будто кошка ступает по одеялу. Садится сверху, зажимает мои руки над головой, надавливает на челюсть, чтобы открыть рот, — и словно высасывает жизненную силу. Сложно объяснить, но есть ощущение, что он что-то забирает. Это невозможно прекратить. Я пыталась спрашивать у него: «Чего тебе надо?» Ответа не получала. Он уходит — и такое чувство, будто тебя тренер погонял по всем тренажерам. Сильная слабость. Не пошевелиться, очень хочется спать, однако засыпать страшно», — описывает она.

И уточняет: это не единственный сценарий. Но одно остается неизменным — панический страх. Если сонный паралич случается, когда она лежит на боку, девушка чувствует, что кто-то тянет ее за волосы или плечо, чтобы перевернуть на спину. Или ей кажется, что ее стаскивают с кровати и несут куда-то на руках.

Екатерина знакома с научным определением сонного паралича, но склоняется к мистическому объяснению: «Это какие-то существа, которые питаются нашей энергией, когда у нас ослабевает эмоциональная защита».

24 октября 2019, 06:59НаукаВрач рассказал, как избежать сонного паралича

Предсказать следующий приступ невозможно, а профилактики, по словам девушки, нет: сонный паралич не связан напрямую с уровнем стресса или условиями жизни. «Сейчас ничего серьезного не происходит, но такие моменты все равно случаются. Хорошо спать и вести здоровый образ жизни не очень-то помогает», — говорит она.

Сон после сна

Другая собеседница агентства, Мария Гуторова, напротив, уверена: чем выше уровень стресса, тем больше вероятность сонного паралича.

«Это было неоднократно. Первый раз — десять лет назад, следующие пять лет такое периодически случалось. Может быть, это связано с тем, что эти годы были более нервными. Помню, однажды приснилось лицо дьявола — оно просто выступило из темноты. Проснулась от этого и почувствовала, что меня кто-то держит, пыталась пошевелиться, вырваться — и не могла, жуткое ощущение. Дошло до того, что я, неверующий человек, положила под подушку иконку и спала так несколько лет», — рассказывает она. Каждый раз во время приступов Мария видела существо с понятными очертаниями, но старалась не удариться в мистику — объясняла это нервным перенапряжением и усталостью.

Сонный паралич после тревожного сна произошел и с Иннокентием Кашиным (имя изменено).

«Я тогда еще учился в институте. Задремал днем. Мне снился странный сон: я находился в своей квартире, но там был тусклый свет, а за окнами — вообще ничего, только чернота. При этом входная дверь не открывалась или вместо нее и вовсе была стена, интерьер выглядел немного по-другому. В общем, это была тревожащая, но все еще моя квартира. Во сне я просто ходил по комнатам туда-сюда. Проснулся, лежал некоторое время с открытыми глазами лицом к стене и вдруг ощутил чье-то присутствие. Чувствовал что-то похожее на покалывание игл — так бывает, когда к затекшей руке приливает кровь. Я не мог пошевелиться. Было непонимание, страх. Это длилось секунд 15-20, а потом резко прекратилось», — вспоминает Иннокентий.

Второй раз посреди ночи от тумбочки отделились какие-то тени — «пушистые шарики темноты» — и зависли над лицом. Снова возникло ощущение покалывания.

«В таком состоянии нет критического мышления. Как пьяный или во сне — все принимаешь за чистую монету. Самое страшное — беспомощность. Пытаешься, но не можешь пошевелиться. Однако если приложишь усилие, включишь волю, то справишься: нужно просто очень сильно захотеть, сконцентрироваться на желании двинуть рукой или хотя бы языком — любая мышца годится. Я сумел махнуть рукой — и все моментально исчезло», — объясняет он.

18 сентября 2019, 08:00НаукаУченые рассказали, что заставляет человека испытывать ужас во время сна

В тот период Иннокентий немного увлекался эзотерикой и сначала подумал, что встретился с чем-то неизведанным, но быстро отверг эту версию: «Я почти сразу стал искать информацию, выяснил, что это сонный паралич — известное науке явление, в котором нет ничего мистического».

Татьяна Константинова столкнулась с сонным параличом в детстве — и запретила себе думать об этом на долгие годы. «Я училась в школе, шестой или седьмой класс. Была в полудреме и в какой-то момент осознала, что слева от меня сгустилась тьма. На меня навалилось какая-то большая, мягкая и в то же время тяжелая сила. Я не могла двинуть ни рукой, ни ногой. Потом это рассеялось, смогла встать. Я так испугалась, что никому ничего не рассказала, запретила себе думать об этом. Вспомнила спустя годы, уже взрослой. В интернете быстро выяснила, что это был сонный паралич», — делится подробностями она.

«Сонный паралич безвреден»

Александр Пальман, заведующий сомнологическим кабинетом на базе Университетской клинической больницы № 1 Первого Московского государственного медицинского университета имени И. М. Сеченова сообщил РИА Новости, что сонный паралич — неприятный, но безобидный сбой организма.

Дело в том, что в фазе быстрого сна — той самой, когда мы видим яркие сновидения — все мышцы тела максимально расслаблены, иногда это называют физиологическим параличом во время сна. Это для того, чтобы человек не мог совершить резких движений и нанести себе увечья.

«В это время все мышцы не работают. Дыхание — только за счет диафрагмы, отключается остальная дыхательная мускулатура грудной клетки и плечевого пояса», — объясняет Александр Пальман.

Но иногда происходит сбой — и естественное для сна состояние распространяется на бодрствование. Это и есть сонный паралич. «Человек пробуждается, не может пошевелиться, у него не получается контролировать дыхание — куча неприятных ощущений. Это не опасно, но людей сильно пугает. Они начинают фантазировать: инвалидность, инсульт. Главное, не паниковать: все быстро пройдет. Это не та ситуация, в которой можно умереть, задохнуться, приобрести постоянный паралич», — комментирует врач.

Почему одни сталкиваются с сонным параличом часто, а другие — никогда, науке пока не известно.

Проекция сна

Руководитель Центра медицины сна Университетской клиники МГУ имени Ломоносова Александр Калинкин подчеркивает, что сонный паралич не всегда сопровождается галлюцинациями.

«Он может сочетаться с видениями, однако это больше характерно для нарколепсии — заболевания относительно редкого и плохо диагностируемого», — уточняет специалист.

17 февраля 2018, 08:00НаукаСон в руку: чем опасна ночь для молодоженов и пьяниц

Галлюцинации при засыпании и пробуждении — неприятный, однако не опасный сбой в организме, как и сонный паралич.

«Сновидения вклиниваются в структуру бодрствования. Человек осознает собственное «я», понимает, что не спит, видит вокруг себя привычную комнату, но на это накладываются картинки сна. Это не истинные галлюцинации, которые бывают при психиатрических заболеваниях», — разъясняет Александр Пальман.

«В норме, когда мы засыпаем, вся внешняя сенсорная информация (визуальная, слуховая, тактильная) исчезает. Назначение сна — изолировать себя от окружающего и переключиться на обработку информации от внутренних органов. В определенный момент происходит небольшой сбой — когда часть мозга еще не спит, а некоторая сенсорная информация продолжает поступать. Это приводит к пугающим ощущениям, но не несет серьезных клинических последствий. Впрочем, в любом случае нужно разъяснить человеку, что с ним происходит, иначе пациент будет выдумывать разные теории, обращаться к экстрасенсам, потому как при галлюцинациях могут возникать очень необычные образы», — подчеркивает Александр Калинкин.

Сомнолог также замечает: если сонный паралич и галлюцинации во время засыпания и пробуждения случаются регулярно, стоит обратиться к врачу — это может быть симптомом серьезных неврологических заболеваний.

Психическое здоровье: расстройство деперсонализации

Расстройство деперсонализации характеризуется периодами ощущения оторванности от тела и мыслей (деперсонализация). Расстройство иногда описывается как ощущение, будто вы наблюдаете за собой извне своего тела, или как будто вы находитесь во сне. Однако люди с этим расстройством не теряют контакта с реальностью; они понимают, что все не так, как кажется. Эпизод деперсонализации может длиться от нескольких минут до (редко) многих лет.Деперсонализация также может быть симптомом других расстройств, включая некоторые формы злоупотребления психоактивными веществами, определенные расстройства личности, судорожные расстройства и некоторые другие заболевания мозга.

Расстройство деперсонализации относится к группе состояний, называемых диссоциативными расстройствами. Диссоциативные расстройства — это психические заболевания, которые включают нарушения или нарушения памяти, сознания, осведомленности, идентичности и / или восприятия. Когда одна или несколько из этих функций нарушены, могут возникнуть симптомы.Эти симптомы могут мешать общему функционированию человека, включая социальную и рабочую деятельность и отношения.

Каковы симптомы расстройства деперсонализации?

Первичный симптом расстройства деперсонализации — искаженное восприятие тела. Человек может чувствовать себя роботом или во сне. Некоторые люди могут бояться сходить с ума и впадать в депрессию, тревогу или панику. У некоторых людей симптомы легкие и длятся непродолжительное время.Однако для других симптомы могут быть хроническими (продолжающимися) и продолжаться или повторяться в течение многих лет, что приводит к проблемам с повседневным функционированием или даже к инвалидности.

Что вызывает расстройство деперсонализации?

Мало что известно о причинах расстройства деперсонализации, но биологические, психологические факторы и факторы окружающей среды могут иметь значение. Как и другие диссоциативные расстройства, расстройство деперсонализации часто вызывается сильным стрессом или травмирующим событием — например, войной, жестоким обращением, несчастными случаями, катастрофами или крайним насилием, — которые человек испытал или стал свидетелем.

Насколько распространено расстройство деперсонализации?

Деперсонализация может быть редким симптомом при некоторых психических расстройствах и иногда возникает после переживания опасной ситуации, такой как нападение, несчастный случай или серьезное заболевание. Деперсонализация как отдельное расстройство встречается довольно редко.

Как диагностируется расстройство деперсонализации?

Если присутствуют симптомы расстройства деперсонализации, врач начнет обследование с составления полной истории болезни и физического осмотра.Хотя лабораторных тестов для диагностики диссоциативных расстройств нет, врач может использовать различные диагностические тесты, такие как визуализационные исследования и анализы крови, чтобы исключить соматические заболевания или побочные эффекты лекарств как причину симптомов.

Если физическое заболевание не обнаружено, человека могут направить к психиатру или психологу, специалистам в области здравоохранения, прошедшим специальную подготовку по диагностике и лечению психических заболеваний. Психиатры и психологи используют специально разработанные интервью и инструменты оценки, чтобы оценить человека на предмет диссоциативного расстройства.

Как лечится расстройство деперсонализации?

Большинство людей с расстройством деперсонализации, которые обращаются за лечением, обеспокоены такими симптомами, как депрессия или тревога, а не самим расстройством. Во многих случаях симптомы со временем проходят. Лечение обычно требуется только в том случае, если заболевание является длительным или рецидивирующим, или если симптомы вызывают у человека особые страдания.

Целью лечения, когда это необходимо, является устранение всех стрессов, связанных с началом расстройства.Лучший подход к лечению зависит от человека и тяжести его симптомов. Психотерапия, или разговорная терапия, обычно является методом выбора при расстройстве деперсонализации. Подходы к лечению расстройства деперсонализации могут включать следующее:

  • Психотерапия: Этот вид терапии психических и эмоциональных расстройств использует психологические методы, призванные помочь человеку лучше распознать и передать свои мысли и чувства о психологических конфликтах, которые могут привести к деперсонализации. опыты.Когнитивная терапия — это особый тип психотерапии, направленный на изменение дисфункциональных моделей мышления.
  • Лекарства: Лекарства обычно не используются для лечения диссоциативных расстройств. Однако, если человек с диссоциативным расстройством также страдает депрессией или тревогой, ему могут помочь антидепрессанты или успокаивающие препараты. Антипсихотические препараты также иногда используются для лечения расстройств мышления и восприятия, связанных с деперсонализацией.
  • Семейная терапия: Этот вид терапии помогает рассказать семье о заболевании и его причинах, а также помогает членам семьи распознать симптомы рецидива.
  • Творческие методы лечения (арт-терапия, музыкальная терапия): Эти методы лечения позволяют пациенту исследовать и выражать свои мысли и чувства безопасным и творческим способом.
  • Клинический гипноз: Это метод лечения, который использует интенсивное расслабление, концентрацию и сфокусированное внимание для достижения измененного состояния сознания или осознания, позволяя людям исследовать мысли, чувства и воспоминания, которые они могли скрыть от своего сознательного разума. .

Каковы перспективы для людей с расстройством деперсонализации?

Полное выздоровление от расстройства деперсонализации возможно для многих пациентов. Симптомы, связанные с этим расстройством, часто проходят сами по себе или после лечения, которое помогает человеку справиться со стрессом или травмой, вызвавшей симптомы. Однако без лечения могут возникнуть дополнительные эпизоды деперсонализации.

Можно ли предотвратить расстройство деперсонализации?

Хотя может оказаться невозможным предотвратить расстройство деперсонализации, может быть полезно начинать лечение людей, как только у них начинают проявляться симптомы.Кроме того, быстрое вмешательство после травмирующего события или эмоционального стресса может помочь снизить риск развития диссоциативных расстройств.

Симптомы расстройства деперсонализации-дереализации I Psych Central

Многие люди чувствовали себя оторванными от себя и своего окружения. Но если эти чувства возникают регулярно, у вас может быть расстройство деперсонализации-дереализации.

В тот или иной момент все мы потерялись в своих грезах, думая о приятных мыслях о своей жизни и будущем.

Может быть, вы потерялись в книге или слишком сосредоточились на увлекательном проекте.

Иногда, возможно, вы даже чувствовали себя оторванными от себя, испытывая внетелесный опыт во время стрессового периода вашей жизни.

Если эти чувства возникают чаще, возможно, у вас расстройство деперсонализации-дереализации. Чувство оторванности от реальности или самого себя — два основных симптома этого состояния.

Расстройство деперсонализации-дереализации классифицируется как диссоциативное расстройство в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM-5).

При расстройстве деперсонализации-дереализации люди испытывают одно или оба этих состояния:

  • Деперсонализация: чувство оторванности от собственного тела, мыслей или чувств
  • Дереализация: чувство оторванности от своего окружения

психотические расстройства, люди с расстройством деперсонализации-дереализации знают, что их опыт не является реальностью. Люди с этим заболеванием понимают, что что-то не так, что обычно вызывает у них беспокойство.

По оценкам, расстройство деперсонализации-дереализации затрагивает 1-2% населения.

Согласно DSM-5, у некоторых людей с расстройством деперсонализации-дереализации бывают отдельные эпизоды, а у других — постоянные симптомы. Или у некоторых людей могут начаться эпизоды, которые со временем перерастут в постоянные симптомы.

Людям с расстройством деперсонализации-дереализации может быть сложно описать свои симптомы. Согласно DSM-5, они также могут думать, что они странные или необычные, или опасаться необратимого повреждения мозга.

Понятно, что симптомы деперсонализации-дереализации могут вызывать нервозность. Некоторые общие симптомы включают:

Симптомы деперсонализации
  • ощущение, что вы полностью оторваны от себя, даже если вы считаете, что у вас нет «я»
  • чувство отстраненности от частей себя, таких как ваши мысли, например: «Мои мысли не действуют» я чувствую себя своим »или« Моя голова наполнена ватой »
  • ощущение, что ты вне своего тела, наблюдаешь себя в кино или сверху
  • искаженное чувство времени — время либо слишком быстро или слишком медленно
  • чувство онемения мысленно, эмоционально или физически
  • ощущение, будто вы не контролируете свое тело, включая ваши движения или речь
  • ощущение себя роботом
симптомы дереализации
  • чувство оторванности от реальность
  • воспринимать других или объекты как туманные, искусственные, карикатурные или сказочные
  • ощущать звуки или голоса как приглушенные или усиленные
  • испытывать объект действует как плоский или двумерный
  • видение объектов искаженными по размеру или расстоянию
  • ощущение, будто вы застряли в стеклянном колпаке или как будто между вами и миром есть завеса

В некоторых случаях симптомы деперсонализации-дереализации уйти самостоятельно.Но у других симптомы стойкие и могут перерасти в расстройство деперсонализации-дереализации.

Лечение может включать психотерапию, лекарства или их комбинацию.

Психотерапия

Исследования по лечению расстройства деперсонализации-дереализации ограничены. Тем не менее, существующие исследования подчеркивают важность психотерапии.

Согласно этому более раннему исследованию, укрепление навыков совладания полезно, когда люди испытывают сильные или острые симптомы, такие как частая диссоциация или тяжелая тревога или депрессия.

Когда симптомы более легкие или относительно стабильные, терапия может помочь вникнуть — и со временем разрешить — почему люди теряют связь с реальностью и самими собой.

Другие полезные методы лечения включают:

Методы заземления, которые могут помочь вам восстановить связь с реальностью и самим собой, также могут быть рассмотрены в терапии. Эти мгновенные стратегии могут включать в себя выполнение упражнений на глубокое дыхание или удерживание кубика льда.

В целом, может использоваться ряд подходов, в зависимости от ваших потребностей, конкретных симптомов и наличия другого психического заболевания.

Лекарство

Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) не одобрило никаких лекарств для лечения расстройства деперсонализации-дереализации.

Обзор 2019 года, посвященный лекарствам от диссоциативных расстройств, показал, что пароксетин (Паксил) и налоксон (Наркан) могут быть эффективными при деперсонализации и диссоциативных симптомах, которые сочетаются с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР) и пограничным расстройством личности.

Однако исследователи отметили, что эти результаты были скромными и «следует интерпретировать с осторожностью» из-за ограниченности данных.

В некоторых случаях врачи могут прописать лекарства для уменьшения сопутствующих симптомов тревоги или депрессии.

Если ваш врач предлагает принимать лекарства, подумайте о том, чтобы задать эти вопросы на следующем приеме:

  • Какие конкретные симптомы следует уменьшить или облегчить с помощью этого лекарства?
  • Когда я могу ожидать появления этих улучшений? Через несколько недель или месяцев?
  • Каковы общие и менее частые побочные эффекты?
  • Как уменьшить или предотвратить возможные побочные эффекты?
  • Когда у меня следующий визит?
  • Как долго мне следует принимать это лекарство?
  • Можно ли резко остановиться, или мне нужно будет медленно и постепенно принимать уменьшенную дозу, чтобы избежать синдрома отмены?

Если ваши симптомы вызывают у вас стресс или мешают какой-либо сфере вашей жизни — например, вашей работе или отношениям, — подумайте о том, чтобы поговорить со специалистом по психическому здоровью.

Деперсонализационно-дереализационное расстройство часто сочетается с депрессией и тревожными расстройствами. Поэтому важно сообщить своему врачу, если вы также испытываете эти симптомы.

Помните, что вам не нужно ждать, пока ваши симптомы ухудшатся, или вы столкнетесь с кризисом, прежде чем подумать о том, чтобы обратиться к кому-нибудь за помощью.

Терапия, если она доступна вам, может быть полезной. Психотерапевт может вам помочь:

  • устраните конкретные симптомы или ситуации, которые вас беспокоят
  • научитесь справляться со стрессом
  • построить более здоровый образ жизни

Переживание симптомов деперсонализации или дереализации может заставить вас чувствовать себя одиноким, даже если интеллектуально вы знаете, что у других тоже есть подобный опыт.

Общение с другими, чтобы поделиться своей историей, задать вопросы о возможных методах лечения или напомнить себе, что вы не одиноки, может быть полезным.

Эти онлайн-сообщества могут быть полезны:

Понятно, что работа с симптомами деперсонализации или дереализации может вызвать целый ряд эмоций — от страха и разочарования до замешательства.

Если возможно, подумайте о работе со специалистом в области психического здоровья и общении с другими людьми. С помощью лечения и поддержки вы сможете уменьшить симптомы деперсонализации или дереализации и почувствовать себя лучше.

Симптомы расстройства деперсонализации-дереализации I Psych Central

Многие люди чувствовали себя оторванными от себя и своего окружения. Но если эти чувства возникают регулярно, у вас может быть расстройство деперсонализации-дереализации.

В тот или иной момент все мы потерялись в своих грезах, думая о приятных мыслях о своей жизни и будущем.

Может быть, вы потерялись в книге или слишком сосредоточились на увлекательном проекте.

Иногда, возможно, вы даже чувствовали себя оторванными от себя, испытывая внетелесный опыт во время стрессового периода вашей жизни.

Если эти чувства возникают чаще, возможно, у вас расстройство деперсонализации-дереализации. Чувство оторванности от реальности или самого себя — два основных симптома этого состояния.

Расстройство деперсонализации-дереализации классифицируется как диссоциативное расстройство в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM-5).

При расстройстве деперсонализации-дереализации люди испытывают одно или оба этих состояния:

  • Деперсонализация: чувство оторванности от собственного тела, мыслей или чувств
  • Дереализация: чувство оторванности от своего окружения

психотические расстройства, люди с расстройством деперсонализации-дереализации знают, что их опыт не является реальностью. Люди с этим заболеванием понимают, что что-то не так, что обычно вызывает у них беспокойство.

По оценкам, расстройство деперсонализации-дереализации затрагивает 1-2% населения.

Согласно DSM-5, у некоторых людей с расстройством деперсонализации-дереализации бывают отдельные эпизоды, а у других — постоянные симптомы. Или у некоторых людей могут начаться эпизоды, которые со временем перерастут в постоянные симптомы.

Людям с расстройством деперсонализации-дереализации может быть сложно описать свои симптомы. Согласно DSM-5, они также могут думать, что они странные или необычные, или опасаться необратимого повреждения мозга.

Понятно, что симптомы деперсонализации-дереализации могут вызывать нервозность. Некоторые общие симптомы включают:

Симптомы деперсонализации
  • ощущение, что вы полностью оторваны от себя, даже если вы считаете, что у вас нет «я»
  • чувство отстраненности от частей себя, таких как ваши мысли, например: «Мои мысли не действуют» я чувствую себя своим »или« Моя голова наполнена ватой »
  • ощущение, что ты вне своего тела, наблюдаешь себя в кино или сверху
  • искаженное чувство времени — время либо слишком быстро или слишком медленно
  • чувство онемения мысленно, эмоционально или физически
  • ощущение, будто вы не контролируете свое тело, включая ваши движения или речь
  • ощущение себя роботом
симптомы дереализации
  • чувство оторванности от реальность
  • воспринимать других или объекты как туманные, искусственные, карикатурные или сказочные
  • ощущать звуки или голоса как приглушенные или усиленные
  • испытывать объект действует как плоский или двумерный
  • видение объектов искаженными по размеру или расстоянию
  • ощущение, будто вы застряли в стеклянном колпаке или как будто между вами и миром есть завеса

В некоторых случаях симптомы деперсонализации-дереализации уйти самостоятельно.Но у других симптомы стойкие и могут перерасти в расстройство деперсонализации-дереализации.

Лечение может включать психотерапию, лекарства или их комбинацию.

Психотерапия

Исследования по лечению расстройства деперсонализации-дереализации ограничены. Тем не менее, существующие исследования подчеркивают важность психотерапии.

Согласно этому более раннему исследованию, укрепление навыков совладания полезно, когда люди испытывают сильные или острые симптомы, такие как частая диссоциация или тяжелая тревога или депрессия.

Когда симптомы более легкие или относительно стабильные, терапия может помочь вникнуть — и со временем разрешить — почему люди теряют связь с реальностью и самими собой.

Другие полезные методы лечения включают:

Методы заземления, которые могут помочь вам восстановить связь с реальностью и самим собой, также могут быть рассмотрены в терапии. Эти мгновенные стратегии могут включать в себя выполнение упражнений на глубокое дыхание или удерживание кубика льда.

В целом, может использоваться ряд подходов, в зависимости от ваших потребностей, конкретных симптомов и наличия другого психического заболевания.

Лекарство

Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) не одобрило никаких лекарств для лечения расстройства деперсонализации-дереализации.

Обзор 2019 года, посвященный лекарствам от диссоциативных расстройств, показал, что пароксетин (Паксил) и налоксон (Наркан) могут быть эффективными при деперсонализации и диссоциативных симптомах, которые сочетаются с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР) и пограничным расстройством личности.

Однако исследователи отметили, что эти результаты были скромными и «следует интерпретировать с осторожностью» из-за ограниченности данных.

В некоторых случаях врачи могут прописать лекарства для уменьшения сопутствующих симптомов тревоги или депрессии.

Если ваш врач предлагает принимать лекарства, подумайте о том, чтобы задать эти вопросы на следующем приеме:

  • Какие конкретные симптомы следует уменьшить или облегчить с помощью этого лекарства?
  • Когда я могу ожидать появления этих улучшений? Через несколько недель или месяцев?
  • Каковы общие и менее частые побочные эффекты?
  • Как уменьшить или предотвратить возможные побочные эффекты?
  • Когда у меня следующий визит?
  • Как долго мне следует принимать это лекарство?
  • Можно ли резко остановиться, или мне нужно будет медленно и постепенно принимать уменьшенную дозу, чтобы избежать синдрома отмены?

Если ваши симптомы вызывают у вас стресс или мешают какой-либо сфере вашей жизни — например, вашей работе или отношениям, — подумайте о том, чтобы поговорить со специалистом по психическому здоровью.

Деперсонализационно-дереализационное расстройство часто сочетается с депрессией и тревожными расстройствами. Поэтому важно сообщить своему врачу, если вы также испытываете эти симптомы.

Помните, что вам не нужно ждать, пока ваши симптомы ухудшатся, или вы столкнетесь с кризисом, прежде чем подумать о том, чтобы обратиться к кому-нибудь за помощью.

Терапия, если она доступна вам, может быть полезной. Психотерапевт может вам помочь:

  • устраните конкретные симптомы или ситуации, которые вас беспокоят
  • научитесь справляться со стрессом
  • построить более здоровый образ жизни

Переживание симптомов деперсонализации или дереализации может заставить вас чувствовать себя одиноким, даже если интеллектуально вы знаете, что у других тоже есть подобный опыт.

Общение с другими, чтобы поделиться своей историей, задать вопросы о возможных методах лечения или напомнить себе, что вы не одиноки, может быть полезным.

Эти онлайн-сообщества могут быть полезны:

Понятно, что работа с симптомами деперсонализации или дереализации может вызвать целый ряд эмоций — от страха и разочарования до замешательства.

Если возможно, подумайте о работе со специалистом в области психического здоровья и общении с другими людьми. С помощью лечения и поддержки вы сможете уменьшить симптомы деперсонализации или дереализации и почувствовать себя лучше.

Симптомы расстройства деперсонализации-дереализации I Psych Central

Многие люди чувствовали себя оторванными от себя и своего окружения. Но если эти чувства возникают регулярно, у вас может быть расстройство деперсонализации-дереализации.

В тот или иной момент все мы потерялись в своих грезах, думая о приятных мыслях о своей жизни и будущем.

Может быть, вы потерялись в книге или слишком сосредоточились на увлекательном проекте.

Иногда, возможно, вы даже чувствовали себя оторванными от себя, испытывая внетелесный опыт во время стрессового периода вашей жизни.

Если эти чувства возникают чаще, возможно, у вас расстройство деперсонализации-дереализации. Чувство оторванности от реальности или самого себя — два основных симптома этого состояния.

Расстройство деперсонализации-дереализации классифицируется как диссоциативное расстройство в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM-5).

При расстройстве деперсонализации-дереализации люди испытывают одно или оба этих состояния:

  • Деперсонализация: чувство оторванности от собственного тела, мыслей или чувств
  • Дереализация: чувство оторванности от своего окружения

психотические расстройства, люди с расстройством деперсонализации-дереализации знают, что их опыт не является реальностью. Люди с этим заболеванием понимают, что что-то не так, что обычно вызывает у них беспокойство.

По оценкам, расстройство деперсонализации-дереализации затрагивает 1-2% населения.

Согласно DSM-5, у некоторых людей с расстройством деперсонализации-дереализации бывают отдельные эпизоды, а у других — постоянные симптомы. Или у некоторых людей могут начаться эпизоды, которые со временем перерастут в постоянные симптомы.

Людям с расстройством деперсонализации-дереализации может быть сложно описать свои симптомы. Согласно DSM-5, они также могут думать, что они странные или необычные, или опасаться необратимого повреждения мозга.

Понятно, что симптомы деперсонализации-дереализации могут вызывать нервозность. Некоторые общие симптомы включают:

Симптомы деперсонализации
  • ощущение, что вы полностью оторваны от себя, даже если вы считаете, что у вас нет «я»
  • чувство отстраненности от частей себя, таких как ваши мысли, например: «Мои мысли не действуют» я чувствую себя своим »или« Моя голова наполнена ватой »
  • ощущение, что ты вне своего тела, наблюдаешь себя в кино или сверху
  • искаженное чувство времени — время либо слишком быстро или слишком медленно
  • чувство онемения мысленно, эмоционально или физически
  • ощущение, будто вы не контролируете свое тело, включая ваши движения или речь
  • ощущение себя роботом
симптомы дереализации
  • чувство оторванности от реальность
  • воспринимать других или объекты как туманные, искусственные, карикатурные или сказочные
  • ощущать звуки или голоса как приглушенные или усиленные
  • испытывать объект действует как плоский или двумерный
  • видение объектов искаженными по размеру или расстоянию
  • ощущение, будто вы застряли в стеклянном колпаке или как будто между вами и миром есть завеса

В некоторых случаях симптомы деперсонализации-дереализации уйти самостоятельно.Но у других симптомы стойкие и могут перерасти в расстройство деперсонализации-дереализации.

Лечение может включать психотерапию, лекарства или их комбинацию.

Психотерапия

Исследования по лечению расстройства деперсонализации-дереализации ограничены. Тем не менее, существующие исследования подчеркивают важность психотерапии.

Согласно этому более раннему исследованию, укрепление навыков совладания полезно, когда люди испытывают сильные или острые симптомы, такие как частая диссоциация или тяжелая тревога или депрессия.

Когда симптомы более легкие или относительно стабильные, терапия может помочь вникнуть — и со временем разрешить — почему люди теряют связь с реальностью и самими собой.

Другие полезные методы лечения включают:

Методы заземления, которые могут помочь вам восстановить связь с реальностью и самим собой, также могут быть рассмотрены в терапии. Эти мгновенные стратегии могут включать в себя выполнение упражнений на глубокое дыхание или удерживание кубика льда.

В целом, может использоваться ряд подходов, в зависимости от ваших потребностей, конкретных симптомов и наличия другого психического заболевания.

Лекарство

Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) не одобрило никаких лекарств для лечения расстройства деперсонализации-дереализации.

Обзор 2019 года, посвященный лекарствам от диссоциативных расстройств, показал, что пароксетин (Паксил) и налоксон (Наркан) могут быть эффективными при деперсонализации и диссоциативных симптомах, которые сочетаются с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР) и пограничным расстройством личности.

Однако исследователи отметили, что эти результаты были скромными и «следует интерпретировать с осторожностью» из-за ограниченности данных.

В некоторых случаях врачи могут прописать лекарства для уменьшения сопутствующих симптомов тревоги или депрессии.

Если ваш врач предлагает принимать лекарства, подумайте о том, чтобы задать эти вопросы на следующем приеме:

  • Какие конкретные симптомы следует уменьшить или облегчить с помощью этого лекарства?
  • Когда я могу ожидать появления этих улучшений? Через несколько недель или месяцев?
  • Каковы общие и менее частые побочные эффекты?
  • Как уменьшить или предотвратить возможные побочные эффекты?
  • Когда у меня следующий визит?
  • Как долго мне следует принимать это лекарство?
  • Можно ли резко остановиться, или мне нужно будет медленно и постепенно принимать уменьшенную дозу, чтобы избежать синдрома отмены?

Если ваши симптомы вызывают у вас стресс или мешают какой-либо сфере вашей жизни — например, вашей работе или отношениям, — подумайте о том, чтобы поговорить со специалистом по психическому здоровью.

Деперсонализационно-дереализационное расстройство часто сочетается с депрессией и тревожными расстройствами. Поэтому важно сообщить своему врачу, если вы также испытываете эти симптомы.

Помните, что вам не нужно ждать, пока ваши симптомы ухудшатся, или вы столкнетесь с кризисом, прежде чем подумать о том, чтобы обратиться к кому-нибудь за помощью.

Терапия, если она доступна вам, может быть полезной. Психотерапевт может вам помочь:

  • устраните конкретные симптомы или ситуации, которые вас беспокоят
  • научитесь справляться со стрессом
  • построить более здоровый образ жизни

Переживание симптомов деперсонализации или дереализации может заставить вас чувствовать себя одиноким, даже если интеллектуально вы знаете, что у других тоже есть подобный опыт.

Общение с другими, чтобы поделиться своей историей, задать вопросы о возможных методах лечения или напомнить себе, что вы не одиноки, может быть полезным.

Эти онлайн-сообщества могут быть полезны:

Понятно, что работа с симптомами деперсонализации или дереализации может вызвать целый ряд эмоций — от страха и разочарования до замешательства.

Если возможно, подумайте о работе со специалистом в области психического здоровья и общении с другими людьми. С помощью лечения и поддержки вы сможете уменьшить симптомы деперсонализации или дереализации и почувствовать себя лучше.

Симптомы расстройства деперсонализации-дереализации I Psych Central

Многие люди чувствовали себя оторванными от себя и своего окружения. Но если эти чувства возникают регулярно, у вас может быть расстройство деперсонализации-дереализации.

В тот или иной момент все мы потерялись в своих грезах, думая о приятных мыслях о своей жизни и будущем.

Может быть, вы потерялись в книге или слишком сосредоточились на увлекательном проекте.

Иногда, возможно, вы даже чувствовали себя оторванными от себя, испытывая внетелесный опыт во время стрессового периода вашей жизни.

Если эти чувства возникают чаще, возможно, у вас расстройство деперсонализации-дереализации. Чувство оторванности от реальности или самого себя — два основных симптома этого состояния.

Расстройство деперсонализации-дереализации классифицируется как диссоциативное расстройство в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM-5).

При расстройстве деперсонализации-дереализации люди испытывают одно или оба этих состояния:

  • Деперсонализация: чувство оторванности от собственного тела, мыслей или чувств
  • Дереализация: чувство оторванности от своего окружения

психотические расстройства, люди с расстройством деперсонализации-дереализации знают, что их опыт не является реальностью. Люди с этим заболеванием понимают, что что-то не так, что обычно вызывает у них беспокойство.

По оценкам, расстройство деперсонализации-дереализации затрагивает 1-2% населения.

Согласно DSM-5, у некоторых людей с расстройством деперсонализации-дереализации бывают отдельные эпизоды, а у других — постоянные симптомы. Или у некоторых людей могут начаться эпизоды, которые со временем перерастут в постоянные симптомы.

Людям с расстройством деперсонализации-дереализации может быть сложно описать свои симптомы. Согласно DSM-5, они также могут думать, что они странные или необычные, или опасаться необратимого повреждения мозга.

Понятно, что симптомы деперсонализации-дереализации могут вызывать нервозность. Некоторые общие симптомы включают:

Симптомы деперсонализации
  • ощущение, что вы полностью оторваны от себя, даже если вы считаете, что у вас нет «я»
  • чувство отстраненности от частей себя, таких как ваши мысли, например: «Мои мысли не действуют» я чувствую себя своим »или« Моя голова наполнена ватой »
  • ощущение, что ты вне своего тела, наблюдаешь себя в кино или сверху
  • искаженное чувство времени — время либо слишком быстро или слишком медленно
  • чувство онемения мысленно, эмоционально или физически
  • ощущение, будто вы не контролируете свое тело, включая ваши движения или речь
  • ощущение себя роботом
симптомы дереализации
  • чувство оторванности от реальность
  • воспринимать других или объекты как туманные, искусственные, карикатурные или сказочные
  • ощущать звуки или голоса как приглушенные или усиленные
  • испытывать объект действует как плоский или двумерный
  • видение объектов искаженными по размеру или расстоянию
  • ощущение, будто вы застряли в стеклянном колпаке или как будто между вами и миром есть завеса

В некоторых случаях симптомы деперсонализации-дереализации уйти самостоятельно.Но у других симптомы стойкие и могут перерасти в расстройство деперсонализации-дереализации.

Лечение может включать психотерапию, лекарства или их комбинацию.

Психотерапия

Исследования по лечению расстройства деперсонализации-дереализации ограничены. Тем не менее, существующие исследования подчеркивают важность психотерапии.

Согласно этому более раннему исследованию, укрепление навыков совладания полезно, когда люди испытывают сильные или острые симптомы, такие как частая диссоциация или тяжелая тревога или депрессия.

Когда симптомы более легкие или относительно стабильные, терапия может помочь вникнуть — и со временем разрешить — почему люди теряют связь с реальностью и самими собой.

Другие полезные методы лечения включают:

Методы заземления, которые могут помочь вам восстановить связь с реальностью и самим собой, также могут быть рассмотрены в терапии. Эти мгновенные стратегии могут включать в себя выполнение упражнений на глубокое дыхание или удерживание кубика льда.

В целом, может использоваться ряд подходов, в зависимости от ваших потребностей, конкретных симптомов и наличия другого психического заболевания.

Лекарство

Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) не одобрило никаких лекарств для лечения расстройства деперсонализации-дереализации.

Обзор 2019 года, посвященный лекарствам от диссоциативных расстройств, показал, что пароксетин (Паксил) и налоксон (Наркан) могут быть эффективными при деперсонализации и диссоциативных симптомах, которые сочетаются с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР) и пограничным расстройством личности.

Однако исследователи отметили, что эти результаты были скромными и «следует интерпретировать с осторожностью» из-за ограниченности данных.

В некоторых случаях врачи могут прописать лекарства для уменьшения сопутствующих симптомов тревоги или депрессии.

Если ваш врач предлагает принимать лекарства, подумайте о том, чтобы задать эти вопросы на следующем приеме:

  • Какие конкретные симптомы следует уменьшить или облегчить с помощью этого лекарства?
  • Когда я могу ожидать появления этих улучшений? Через несколько недель или месяцев?
  • Каковы общие и менее частые побочные эффекты?
  • Как уменьшить или предотвратить возможные побочные эффекты?
  • Когда у меня следующий визит?
  • Как долго мне следует принимать это лекарство?
  • Можно ли резко остановиться, или мне нужно будет медленно и постепенно принимать уменьшенную дозу, чтобы избежать синдрома отмены?

Если ваши симптомы вызывают у вас стресс или мешают какой-либо сфере вашей жизни — например, вашей работе или отношениям, — подумайте о том, чтобы поговорить со специалистом по психическому здоровью.

Деперсонализационно-дереализационное расстройство часто сочетается с депрессией и тревожными расстройствами. Поэтому важно сообщить своему врачу, если вы также испытываете эти симптомы.

Помните, что вам не нужно ждать, пока ваши симптомы ухудшатся, или вы столкнетесь с кризисом, прежде чем подумать о том, чтобы обратиться к кому-нибудь за помощью.

Терапия, если она доступна вам, может быть полезной. Психотерапевт может вам помочь:

  • устраните конкретные симптомы или ситуации, которые вас беспокоят
  • научитесь справляться со стрессом
  • построить более здоровый образ жизни

Переживание симптомов деперсонализации или дереализации может заставить вас чувствовать себя одиноким, даже если интеллектуально вы знаете, что у других тоже есть подобный опыт.

Общение с другими, чтобы поделиться своей историей, задать вопросы о возможных методах лечения или напомнить себе, что вы не одиноки, может быть полезным.

Эти онлайн-сообщества могут быть полезны:

Понятно, что работа с симптомами деперсонализации или дереализации может вызвать целый ряд эмоций — от страха и разочарования до замешательства.

Если возможно, подумайте о работе со специалистом в области психического здоровья и общении с другими людьми. С помощью лечения и поддержки вы сможете уменьшить симптомы деперсонализации или дереализации и почувствовать себя лучше.

Расстройство деперсонализации-дереализации — Симптомы и причины

Обзор

Расстройство деперсонализации-дереализации возникает, когда у вас постоянно или неоднократно возникает ощущение, что вы наблюдаете за собой извне своего тела, или у вас есть ощущение, что вещи вокруг вас нереальны, или и то, и другое. Чувства деперсонализации и дереализации могут быть очень тревожными, и может казаться, что вы живете во сне.

Многие люди в какой-то момент имеют преходящий опыт деперсонализации или дереализации.Но когда эти чувства продолжают возникать или никогда полностью не проходят и мешают вашей способности функционировать, это считается расстройством деперсонализации-дереализации. Это расстройство чаще встречается у людей, переживших травматический опыт.

Расстройство деперсонализации-дереализации может быть тяжелым и мешать отношениям, работе и другим повседневным действиям. Основным методом лечения расстройства деперсонализации-дереализации является терапия разговорами (психотерапия), хотя иногда также используются лекарственные препараты.

Продукты и услуги

Показать больше товаров от Mayo Clinic

Симптомы

Постоянные и повторяющиеся эпизоды деперсонализации или дереализации, или и то и другое, вызывают дистресс и проблемы с функционированием на работе, в школе или в других важных сферах вашей жизни. Во время этих эпизодов вы осознаете, что ваше чувство отстраненности — это всего лишь чувство, а не реальность.

Переживание и переживания расстройства сложно описать.Беспокойство о том, чтобы «сойти с ума», может заставить вас задуматься о том, что вы существуете, и о том, что на самом деле реально.

Симптомы обычно начинаются в среднем или позднем подростковом или раннем взрослом возрасте. Расстройство деперсонализации-дереализации редко встречается у детей и пожилых людей.

Симптомы деперсонализации

Симптомы деперсонализации включают:

  • Ощущение, что вы являетесь сторонним наблюдателем за своими мыслями, чувствами, своим телом или частями своего тела — например, как если бы вы парили в воздухе над собой
  • Ощущение себя роботом или что вы не контролируете свою речь или движения
  • Ощущение, что ваше тело, ноги или руки кажутся искаженными, увеличенными или сморщенными, или что ваша голова обернута ватой
  • Эмоциональное или физическое онемение ваших чувств или реакции на окружающий мир
  • Ощущение, что вашим воспоминаниям недостает эмоций и что они могут быть, а могут и не быть вашими собственными воспоминаниями

Симптомы дереализации

Симптомы дереализации включают:

  • Чувство отчужденности или незнания своего окружения — например, как будто вы живете в кино или во сне
  • Чувство эмоциональной оторванности от близких вам людей, как будто вас разделяет стеклянная стена
  • Окружение, которое кажется искаженным, расплывчатым, бесцветным, двумерным или искусственным, или повышенная осведомленность и ясность вашего окружения
  • Искажения в восприятии времени, например недавние события, кажущиеся далеким прошлым
  • Искажения расстояния, размера и формы предметов

Эпизоды расстройства деперсонализации-дереализации могут длиться часы, дни, недели или даже месяцы.У некоторых людей эти эпизоды превращаются в постоянное чувство деперсонализации или дереализации, которое может периодически улучшаться или ухудшаться.

Когда обращаться к врачу

Преходящее чувство деперсонализации или дереализации — обычное явление, которое не обязательно является поводом для беспокойства. Но постоянное или сильное чувство отстраненности и искажения вашего окружения может быть признаком расстройства деперсонализации-дереализации или другого расстройства физического или психического здоровья.

Обратитесь к врачу, если вы чувствуете деперсонализацию или дереализацию, что:

  • Беспокоят вас или разрушительны для эмоционального характера
  • Не уходи и не возвращайся
  • Помешать работе, отношениям или повседневной деятельности

Причины

Точная причина расстройства деперсонализации-дереализации до конца не изучена. Некоторые люди могут быть более уязвимы к деперсонализации и дереализации, чем другие, возможно, из-за генетических факторов и факторов окружающей среды.Повышенные состояния стресса и страха могут вызывать приступы.

Симптомы расстройства деперсонализации-дереализации могут быть связаны с детской травмой или другими переживаниями или событиями, которые вызывают тяжелый эмоциональный стресс или травму.

Факторы риска

Факторы, которые могут увеличить риск расстройства деперсонализации-дереализации, включают:

  • Определенные черты личности , которые заставляют вас избегать сложных ситуаций или отрицать их либо затрудняют адаптацию к сложным ситуациям
  • Тяжелая травма, в детстве или во взрослом возрасте, например пережит или стал свидетелем травмирующего события или жестокого обращения
  • Сильный стресс, например, серьезные отношения, финансовые или производственные проблемы
  • Депрессия или тревога, особенно тяжелая или продолжительная депрессия или тревога с паническими атаками
  • Употребление рекреационных наркотиков, , которые могут вызывать эпизоды деперсонализации или дереализации

Осложнения

Эпизоды деперсонализации или дереализации могут пугать и выводить из строя.Они могут вызвать:

  • Трудности с концентрацией внимания на задачах или запоминанием вещей
  • Помехи в работе и другой рутинной деятельности
  • Проблемы в отношениях с семьей и друзьями
  • Беспокойство или депрессия
  • Чувство безнадежности

24 человека делятся тем, что на самом деле кажется деперсонализацией

Статья обновлена ​​февр.24, 2020.

Как и ряд других проблем с психическим здоровьем, деперсонализация — это симптом, который часто окутан тайной. Хотя это не тот термин, который мы можем слышать постоянно, деперсонализация встречается чаще, чем мы можем себе представить.

Что такое деперсонализация?

Деперсонализация — это тип диссоциации, который вызывает «чувство оторванности от самого себя (например, от собственных чувств, мыслей, поведения, чувств или тела)», согласно Марлен Стейнберг, M.D. Вам может казаться, что вы наблюдаете за собой извне или чувствуете, что вещи вокруг вас не настоящие. Это симптом, который поражает людей, которые находятся в различных состояниях, от депрессии до биполярного расстройства и шизоидного расстройства личности, или тех, кто пережил травму.

Поскольку информации о деперсонализации очень мало, люди могут легко бояться того, чего они не знают или не понимают. Важно помнить, что люди, испытывающие этот симптом, нуждаются в понимании и поддержке, как и любой другой человек, переживающий борьбу со здоровьем.

Мы хотели дать людям, которые переживают деперсонализацию, возможность пролить свет на то, что они чувствуют на самом деле, поэтому мы попросили членов нашего сообщества Mighty поделиться своим опытом деперсонализации.

Вот что они сказали:

  1. «Такое ощущение, что ваш сознательный мозг отделился, и вы не привязаны к своему телу. Все уныло, как будто включили фильтр ». — Кейт Р.
  2. «Чувствую, что я не я.Как будто я смотрю на чье-то тело и, глядя на свои руки, не могу понять, что они на самом деле являются частью меня. Я мог целый день смотреть на себя в зеркало и не чувствовать, что это мои глаза, оглядывающиеся назад ». — Лидия Г.
  3. «Вы чувствуете себя вне своего тела, вы просто чувствуете онемение, чувствуете себя наблюдателем … как будто вы просто смотрите фильм или телешоу о своей жизни, над которыми вы не можете повлиять. Вы просто чувствуете себя на автопилоте. Вы смотрите в зеркало и видите себя, и вы просто не можете поверить, что это вы смотрите в ответ.Все кажется пустым. — Тайла Р.
  4. «Когда это начинается, я чувствую, как вещи, которые делают меня человеком, начинают ускользать. Я теряю чувство эмоций, мой разум становится пустым, и я чувствую, что моего тела не существует. Я выполняю задачи и действия, как хорошо запрограммированный робот, и когда я говорю, то говорю без своего языка. Я кажусь безжизненным. Иногда я кричу и паникую в глубине души, но мое тело не слушает ». — Амити Л.
  5. «Такое ощущение, что вы наблюдаете свою жизнь за стеклянной стеной, как будто вас никто не видит и не слышит, но вы можете видеть и слышать все очень четко, даже четче, чем обычно.Вы видите, как ваше тело движется, и вы слышите свой голос, но у вас нет контроля над тем, что вы говорите или делаете, а затем вы просто продолжаете стучать по стеклянной стене, надеясь, что кто-то заметит, что вас на самом деле нет внутри тела ». — Кира Х.
  6. «Вы чувствуете, что ваше тело — это не ваше собственное тело, это что-то странное и далекое, как средство передвижения, которым вы не управляете». — Наташа С.
  7. «Однажды я описал это другу, нарисовав картину. Представьте, что вы плаваете, там темно. Вы можете чувствовать то, что делаете, и чувствовать себя собой.Продолжая, вы начинаете видеть себя с точки зрения прохожего. Вы двигаете руками, но не чувствуете, что двигаете ими, только наблюдаете. Вы можете смотреть на них сколько угодно, но чем дольше вы это делаете, тем более чужими они становятся. Вы чувствуете себя в ловушке в этом пространстве, как будто находитесь вне своего тела, и не можете вернуться в него ». — Венера М.
  8. «Деперсонализация для меня кажется, будто я только сейчас понимаю, что все вокруг — это жизнь. Как будто я никогда раньше не замечал. И вот так я потерялся и даже не знаю, что чувствую на самом деле.Мне кажется, что меня здесь даже нет. Я снаряд среди снарядов ». — Чанта Р.
  9. «Как будто я под водой. Я двигаюсь, но не думаю, что хотел. Мое тело держит меня в своих обычных движениях, пока я пытаюсь понять, как вернуться и взять под контроль ». — Яна В.
  10. «Деперсонализация подобна другой версии меня, которая берет верх и берет на себя то, о чем я беспокоюсь. Я внезапно стал более счастливым человеком. Я смеюсь, шучу и уверен в себе. Как только я возвращаюсь в безопасную среду, появляется мое настоящее «я», и части того, что произошло за это время, теряются.Я не помню, что случилось ». — Тамасви Г.
  11. «Это похоже на то, что ты больше не привязан к собственному телу. Ваш ум настолько перегружен, что полностью отрывается от реальности. Вы сомневаетесь, настоящий ли вы. Все в тебе незнакомо. Вы смотрите на свои руки и задаетесь вопросом, чьи они. Это почти как смотреть, как совершенно незнакомый человек занимается своими делами ». — Ванесса Л.
  12. «Честно говоря, это ужасно. Такое ощущение, что я не контролирую свое тело. Я чувствую, что разыгрываю события и ничего не могу с этим поделать.Легкое онемение. Чувствую, что полностью осознаю, что происходит, но ничего не могу сделать, чтобы это остановить. Это похоже на то, как будто я играю кат-сцену, и я здесь, чтобы прокатиться. Для меня это худший из возможных приступов паники ». — Тоби О.
  13. «Ощущение, будто я заперт в стеклянном ящике, но стекло грязное и запотевшее, поэтому я лишь частично вижу / понимаю, что происходит. Я чувствую себя настолько оторванным от всего, что находится вне коробки, так что я начинаю чувствовать себя оторванным от самого себя, потому что я замкнут, и все не имеет смысла.Я чувствую космическую усталость и растерянность, и мне интересно, правда ли я на самом деле. Как будто мой мозг чувствует себя отключенным от тела ». — Сара К.
  14. «Вы проснулись, но в основном застряли в голове. Вы думаете, что вы на самом деле, но проходит много времени, и когда вы чувствуете это внезапное чувство: «Боже, посмотрите, в каком мы уже месяце?» Вы понимаете, что на самом деле не осознавали. Это непрерывный цикл «. — Кэди С.
  15. «Мне кажется, что я не отвечаю за свои движения или мысли.Я где-то не совсем вне себя, но не полностью себя. Я начинаю задаваться вопросом, реально ли то, что происходит вокруг меня ». — Джес В.
  16. «Несколько раз за последние пару лет я смотрелся в зеркало и на законных основаниях не знал, кто девушка смотрит на меня. Я не чувствовал своего тела. Я чувствовал себя пустотой. До чертиков напугал меня, когда я «вернусь» к реальности ». — Джессика Х.
  17. «Как в одном из этих фильмов, быть инопланетным существом, просто населяющим человеческое тело и контролирующим его.Сильное ощущение странности, и каждое движение кажется чрезмерно контролируемым ». — Стефан К.
  18. «[Это похоже на] плыву в пузыре прямо над моей головой, неуклюже управляя моим телом на веревочках. Мои физические ощущения притуплены, за исключением звуков, которые странным образом усиливаются и не синхронизируются. Я могу ясно мыслить как я внутри пузыря, но не как я в теле. «Я» в теле ощущается далеким, далеким, как другой человек. Мой голос выходит, но звучит странно и издалека. Все происходит одновременно и слишком быстро, и слишком медленно, люди и машины внезапно появляются из ниоткуда, а такие вещи, как движение, непредсказуемы.Мое восприятие странно искажено, что затрудняет пространственное восприятие и проприоцепцию. Я чувствую, что управляю своим телом с помощью дистанционного управления ». — Кэти П.
  19. «Как будто я стою чуть позади себя и немного левее. В то время я могу видеть и слышать только себя. Все остальное черное и тихое. А если я в ярости, я могу говорить и делать ужасные вещи. Когда я возвращаюсь, я ничего не помню и ничего не чувствую в своих действиях, даже когда мне говорят, насколько я ужасен. Это не я сказал / сделал эти вещи.»- Каралин Р.
  20. «Я чувствую, что стою в стороне и смотрю на себя. Но я ничего не чувствую. Пустой. Ни эмоций, ни чувств, ничего. Я смотрю, как люди разговаривают со мной, но ничего не слышу. Без звука. Все приглушено ». — Шери С.
  21. «Это как быть инопланетянином внутри своей головы, но ваше тело — это машина, застрявшая на автопилоте, поэтому вы почти ничем не контролируете. Вы все видите, но ничего не чувствуете. И когда вы проходите мимо зеркала, вы избегаете смотреть, потому что человек, которого вы видите в отражении, почему-то не вы.Это пустая неузнаваемая оболочка того, что вы помните, но не можете установить связь ни на каком уровне. Это тоже изолирует, потому что даже если кто-то замечает, когда вы проходите через это, он ни за что не смог бы когда-либо по-настоящему понять или рассказать о себе, потому что они никогда не проходили через это сами ». — Девин Л.
  22. «Для меня это было похоже на то, что я не мог ни на чем сосредоточиться, как будто вся моя жизнь была сплошным пятном, как будто мне нужны были очки, чтобы снова прояснить это, как будто я был там, а меня нет.Хуже всего было то, что я не могла это контролировать. Я смотрел в зеркало и с трудом узнавал девушку, которая смотрела на меня. Вы чувствуете себя не связанным с реальностью, вы просто едете на автопилоте. Это действительно ужасно ». — Керри Ф.
  23. «Такое ощущение, что вы играете в видеоигру от первого лица. Вы можете контролировать свои действия и выбирать взаимодействие с объектами и людьми, но на самом деле вы ничего из этого не делаете и не испытываете. Вы просто смотрите, что происходит из-за экрана, полностью отключившись.»- Роуэн С.
  24. «Как будто мир вокруг меня состоит из людей из Lego, а машины — из Hot Wheels. Как будто я ребенок, контролирующий скорость движения машин и расположение людей, деревьев и домов. Это действительно страшно.

You may also like

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *